Осталась женщина

Есть фильмы, которые незачем пересматривать. У них только первое впечатление – в них нет глубины, в них нет мира, своего, замкнуто-компактного, к которому привыкаешь и который оказывается изоморфным нашему большому миру, только более концентрированным и уютным.

Хороший фильм – как остров. Как Капри, где «всё есть» (из лучшего), и ничего лишнего (из худшего), и в мир которого площадью 10 квадратных километров хочется снова и снова возвращаться. Капри, несомненно, отличное произведение искусства. Фильмы Серджио Леоне тоже. Их незачем пересматривать один раз. Они так не работают. Первый визит – это визит туриста, набегом. Следующий – путешественника. А потом сбиваешься со счета и становишься островитянином, знаешь все тропинки и находишь новые.

На нашем острове потеря. Великий соавтор фильмов Серджио Леоне ушел. Совсем недавно вроде бы говорил себе: как хорошо жить на Земле как минимум с двумя людьми, у которых когда-то случилось «Однажды на Западе». Да, Серджио Леоне исчез очень давно. Но Морриконе… такой же полноправный соавтор фильма, как режиссер, с его-то музыкой в «Once upon in the West». Пока у людей душа поёт, цивилизация называется культурой. Леоне снова создавал эпос Запада (первым был Гомер… или Двайпаяна на другом конце земли, где в XV веке замкнули мировой круг наследники Гомера?), и его текст из жизни (и смерти) бандитов, землевладельцев, магнатов и женщин, променявших Новый Орлеан на Долину монументов, звучит как песня, chanson de geste. Благодаря Эннио Морриконе.

Сегодня его похоронили в Риме. Теперь Клаудиа Кардинале – единственный здравствующий соучастник великого фильма. Пережила всех, Джилл. Муза острова, по тропинкам которого мы ещё побродим.