Вижу, все решено...
Возможно ли остановить человека? Знаю много случаев, когда спасенные люди потом все равно сводили счеты с жизнью.
Есть два интересных воспоминания о Чехове, как раз по теме.
Первое – со слов Станиславского.
Однажды, когда Чехов был в театре, к Константину Сергеевичу зашел приятель – субъект весьма приветливый, веселый и жизнерадостный. Антон Павлович очень внимательно, даже несколько мрачно наблюдал за незнакомцем, не вмешиваясь в беседу друзей. Когда посетитель удалился, Чехов стал подробно расспрашивать Станиславского об этом господине, а когда режиссер спросил писателя о причинах такого любопытства, ответил: «Послушайте, он же самоубийца».
«Такое соединение мне показалось очень смешным» – пишет Станиславский. «Я с изумлением вспомнил об этом через несколько лет, когда узнал, что человек этот действительно отравился».
А второй рассказ записал Иван Белоусов, писатель, современник Чехова:
«Антон Павлович сидел перед камином, сдирал бересту с поленьев и подбрасывал их в камин. Он смотрел на яркое пламя немного прищурясь, говорил мало, отрывисто, как будто что-то обдумывая... В это время горничная вызвала его из столовой. А.П. вышел и довольно долго не возвращался. Наконец он снова появился в столовой. Ив.Павл. задал ему вопрос, почему он так долго задержался. Ан.П. снова сел к камину и как-то неохотно ответил:
– Там пациентка одна приходила...
– Так поздно, – удивился Ив.П. – Знакомая, должно быть?
– Нет, я ее в первый раз вижу. Да, видишь ли, ей нужно было подписать рецепт на повторное лекарство, которое в аптеке не выдается без подписи врача, – яд...
– Ты, конечно, не подписал? – с уверенностью спросил Ив.П.
Антон Павлович не сразу ответил, опять уселся около камина, стал подбрасывать бересту в огонь и, после недолгого молчания, опять заговорил, как бы про себя:
– Что ж? – так лучше... Посмотрел я ей в глаза, – вижу, все решено... Тут недалеко река, Каменный мост, – бросится, разобьется, обезобразится, а так лучше...
И замолчал. Молчали и мы. А вскоре, чтобы замять разговор об этом случае, стали говорить о литературе...»
С другой стороны, есть даже уголовная статья за доведение до самоубийства, с наказанием в виде большого срока лишения свободы.
Правильно писал Евтушенко:
- Есть лишь убийства на свете, запомните.
Самоубийств не бывает вообще.
«Елабужский гвоздь», 1967