«Нам каждый год поступают предложения о гастролях из-за границы»
Народный артист РФ Александр Сладковский исполнил в Италии патриотическую кантату Прокофьева со знаменитым номером «Вставайте, люди русские» и получил приглашение снова выступить в следующем году. А в ближайших планах дирижера и возглавляемого им Государственного академического симфонического оркестра Республики Татарстан — гастроли во Вьетнаме с Денисом Мацуевым и Вадимом Репиным. Кроме того, в разгаре работа над студийной записью всех симфоний Густава Малера — впервые в России. Об этом Александр Сладковский рассказал «Известиям» в преддверии своего юбилея, который он отметит на «домашней» сцене своего коллектива — в Казанской филармонии.
«На следующий сезон меня опять пригласили в Италию»
— Сегодня вы отмечаете собственное 60-летие. Совсем скоро за ним последует такая же юбилейная дата вашего оркестра — вы с ним практически ровесники. С какими чувствами перешагиваете эти рубежи?
— Мы встречаем 60-летие в очень красивой надежде на то, что жизнь прожита не зря. И она продолжается. Одна из моих главных забот сейчас — антология всех симфоний Густава Малера. Мы уже эту работу начали, и я очень рад, что есть такая грандиозная цель: записать все его десять симфоний (Десятая — неоконченная. — «Известия»). Из того, что уже сделано, назову уже записанную Восьмую симфонию. И по кусочкам мы с хором и певицами Екатериной Семенчук и Альбиной Шагимуратовой что смогли, записали из Третьей и Четвертой симфоний. Очень сложно собраться в определенное время с солистами, с хорами...
Надеюсь, в 2026 году я завершу эту работу. Насколько я знаю, в России нет студийных записей всех симфоний Малера, при том, что и Валерий Гергиев, и Валерий Полянский, и Евгений Светланов в свое время их сыграли. Но тогда делались записи с концертов. Это не студийная работа. А вот если на студии записать это всё, то для истории нашего оркестра это будет, конечно, очень большим шагом.
— Вы совсем недавно гастролировали в Италии. Как вас там принимали? Учитывая недавний скандал вокруг несостоявшегося выступления Валерия Гергиева, этот факт кажется особенно примечательным.
— В Италии я продирижировал исполнением кантаты «Александр Невский» Прокофьева. И с Готье Капюсоном сыграл Виолончельный концерт Элгара. Это была симфоническая программа в оперном театре города Бари. Затем выступал в венгерском городе Дебрецене и в Ереване.
— И как итальянская публика реагировала на Прокофьева, на вас? Ведь это же патриотическая кантата! «Вставайте, люди русские, на славный бой, на смертный бой…»
— Прекрасно реагировали! Я там не первый раз выступаю. Уже три сезона подряд меня приглашают в Бари. Так что и со зрителями, и с оркестром у меня прекрасные отношения. Сейчас в первый раз с хором встретились. И, знаете, всё прошло с огромным успехом. А подтверждение тому — уже на следующий сезон меня туда опять пригласили. Вообще, Бари — особый для меня город. Там лежат мощи Николая Чудотворца. А помимо этого, еще и чудесный оркестр, и прекрасная, добрая атмосфера.
«Дирижер ответственен за то, как обеспечены музыканты»
— Еще лет 20 назад существовал стереотип, что западные оркестры играют хорошо, а российские до них все серьезно недотягивают. Как вам кажется, сейчас эта ситуация в целом изменилась? Можно ли утверждать, что у нас с Западом тут более-менее паритет?
— Конечно, ситуация очень изменилась. Размышляя на эту тему, я вспоминаю свое детство. Тогда был Госоркестр Светланова, заслуженный коллектив Мравинского, Большой симфонический оркестр Федосеева, Оркестр радио и телевидения. Собственно, и всё. Географически — только Ленинград и Москва.
Еще, конечно, нельзя не назвать великих солистов: Святослав Рихтер, Леонид Коган, Давид Ойстрах, Мстислав Ростропович… Это были небожители, и мы на них молились, слушали, открыв рот, и учились.
Но посмотрите, какой расцвет исполнительского мастерства в России наступил за последние 15–20 лет! Сколько пианистов, сколько замечательных скрипачей и виолончелистов, потрясающих голосов! Сегодня мы имеем не одно-два имени, а десятки выдающихся музыкантов. Такая же тенденция и с оркестрами.
— Мне кажется, один из векторов этого движения — появление сильных региональных коллективов.
— Конечно, я с вами полностью согласен. И мне очень нравится эта тенденция, потому что я внимательно наблюдаю за тем, что происходит за пределами Москвы и Петербурга.
Оркестр Татарстана был в авангарде этого движения. Дмитрий Лисс уже давно сделал очень хороший оркестр в Екатеринбурге. Но сейчас очень серьезно развиваются коллективы Уфы, Челябинска, Иркутска.
Я каждый год бываю в Иркутске на фестивале Дениса Мацуева «Звезды на Байкале». И вот Илья Дербилов (дирижер, худрук Иркутской филармонии, назначенный в январе 2025 года. — «Известия») поработал там несколько месяцев — и сразу слышен результат. То есть всё зависит от личности дирижера, который берет в свои руки оркестр. Существуют уже какие-то проверенные лекала, по которым можно оживить оркестр даже не самого лучшего исходного уровня.
— Что же это за лекала?
— Это почти математическая формула. Чем больше занимается оркестр, чем он успешнее с точки зрения обеспечения, зарплат, инструментов, тем больше интереса у самих музыкантов. И тем интереснее это публике, которая постепенно начинает ходить и привыкать совершенно к другому уровню звука и качества звука.
— А дирижеров, достойных для этого, откуда брать? У нас регионов много.
— Вот, допустим, конкурс имени Рахманинова. Я сейчас не буду говорить о пианистах, это не совсем моя епархия, но что касается дирижеров, уже на втором конкурсе мы видим колоссальный рост по сравнению с первым. А на следующем состязании мы, полагаю, увидим еще больше талантливых, способных дирижеров. Это та самая молодая плеяда, которая будет дальше развивать оркестровое дело.
Причем сама жизнь заставляет дирижеров не только дирижировать, но и заниматься организацией и устраивать жизнь оркестров по-настоящему. Не просто выходить за пульт и что-то умное говорить. Каждый дирижер понимает, что он лично несет ответственность за то, как обеспечены музыканты, на чем они играют, где они играют, куда ездят и так далее. То есть это очень сложный процесс, но вот потрясающе, что у нас есть такой инструмент, как конкурс Рахманинова, который, что называется, формирует кадровую политику. Мы видим, как ребята, которые через этот конкурс проходят, уже сейчас делают очень большие успехи.
«Готов с нашим оркестром выступить в любой точке мира»
— В ближайшее время у вас с оркестром планируются гастроли во Вьетнаме.
— Да. К счастью, нам каждый год поступают какие-то предложения из-за границы. И ГАСО, несмотря ни на что, регулярно выезжает за рубеж. Для любого коллектива это важно. К тому же во Вьетнаме у нас будут потрясающие солисты. Мы играем один концерт с Денисом Мацуевым, один с Вадимом Репиным.
— Это ведь ваши первые гастроли в этой стране?
— Да! Во Вьетнаме мы еще никогда не были. Так что это новый флажок на карте мира — и наш оркестровый, и мой личный. Я тоже впервые там окажусь.
— А есть ли еще какие-то регионы, страны, в которых вы мечтаете с оркестром выступить? Если говорить не о ближайших планах, а именно о таких творческих фантазиях.
— Мы много где были, но и много где не были. Например, в Сингапуре. Не знаю, есть ли сейчас возможность поехать туда. В Австралии не были, в Новой Зеландии. Но я к этому отношусь абсолютно философски. Думаю, что всему свое время, во-первых. А во-вторых, я абсолютно готов с нашим оркестром сегодня выступить в любой точке мира. С любой программой.
Моя задача как руководителя — всегда держать планку, постоянно повышать квалификацию каждого в отдельности музыканта и коллектива в целом. Это меня больше всего заботит. А когда играть, где, в какой стране, с какой программой… Мы всегда готовы.
Не буду раскрывать секретов, но иногда бывает, что, допустим, руководство республики нам говорит: надо слетать туда-то и дать такой-то концерт. Мы в любой момент садимся, летим и играем.
— Мобильность, как у Валерия Абисаловича.
— Я ведь учился в Петербурге, много ходил на репетиции к Гергиеву — он для меня не только пример дирижера, но и организатора. Поэтому я приучил уже свой оркестр к очень высокой скорости и готовности в любой момент, в любой точке мира сыграть и показать то, на что мы способны.
— Вы говорите о том, что по распоряжению руководства республики готовы где-то выступить. Фактически получается, что оркестр выполняет что-то вроде дипломатических функций?
— Совершенно верно. Когда я пришел сюда 15 лет назад, для меня первой задачей стало — сделать не просто хорошо играющий оркестр, а такой коллектив, который будет представлять республику в России и мире.
Помните, как Татарстан многие годы ассоциировали с победами футбольного клуба «Рубин», с успехами хоккеистов «Ак Барса»? Так вот хочу сказать без ложной скромности, что сегодня очень многие, ну во всяком случае в России, ассоциируют Татарстан с оркестром. Это единственный региональный оркестр, у которого есть свой абонемент в Московской филармонии. Единственный коллектив, каждый год записывающий циклами симфонические произведения Бетховена, Чайковского, Рахманинова, Шостаковича... И выступает с самыми лучшими, выдающимися нашими солистами-современниками. Это было очень непросто сделать. Но очень приятно, что это удалось.