Историк и публицист Александр Фридман - о возможности свержения венесуэльского диктатора Николаса Мадуро, и о том, какой урок из этой истории должен извлечь Александр Лукашенко. - История отношений между Соединёнными Штатами и Венесуэлой даёт богатую пищу для размышлений относительно перспектив сближения между Вашингтоном и Минском, - пишет Александр Фридман. - Ещё до начала второго президентского срока Дональда Трампа в американской прессе появлялись сообщения о том, что отстранение от власти президента Николаса Мадуро станет одним из приоритетов новой администрации. Назначение на пост государственного секретаря «ястреба» Марко Рубио — сына кубинских эмигрантов, имеющего личные счёты с «социалистическими» режимами вроде кубинского и венесуэльского, — стало подтверждением этого курса. Первоначально отношения между Вашингтоном и Каракасом развивались довольно конструктивно. Спецпредставитель президента Трампа Ричард Гренелл в конце января встретился с Мадуро и заключил с ним первую «сделку», направленную на формирование атмосферы доверия между странами (аналогичным образом проходило и сближение Минска и Вашингтона). В рамках договорённостей Мадуро освободил шестерых арестованных в Венесуэле граждан США и согласился принять сотни венесуэльских мигрантов, которых Трамп назвал «бандитами» и распорядился депортировать из США. Визит Гренелла рассматривался как важный шаг на пути к «большой сделке»: предполагалось, что Мадуро фактически передаст контроль над венесуэльской нефтяной отраслью американским компаниям, а США, в свою очередь, откажутся от планов смены режима в Каракасе. Однако подобный сценарий означал бы для венесуэльского лидера лишь «отсроченный конец» и не соответствовал интересам его ключевых партнёров — Пекина, Москвы и Тегерана. В итоге «большая сделка» так и не состоялась. Марко Рубио сумел оттеснить своего конкурента Гренелла (аналогичная ситуация произошла и на российском направлении с Уиткоффом) и навязать Трампу собственную линию, сосредоточенную на смене режима. Решающее значение для получения поддержки Трампа сыграла, как отмечает профессор King’ College London Петер Нойманн, не тема смены режима, а тема наркотрафика, к которому, действительно имеет отношение окружение Мадуро. В латиноамериканском направлении Рубио во многом идёт по пути Збигнева Бжезинского, советника по национальной безопасности президента Джимми Картера. Между ними действительно прослеживаются параллели: как для «поляка» Бжезинского борьба с коммунистическим господством в Восточной Европе была больше, чем просто политикой, так и для «кубинца» Рубио противостояние «социалистическим» режимам Латинской Америки носит личный и идеологический характер. К ноябрю 2025 года Николас Мадуро оказался в сложной ситуации: ему приходится выбирать между принятием американских условий игры и риском прямого конфликта, который с высокой вероятностью приведёт к потере власти уже в ближайшей перспективе. В этой связи Александру Лукашенко, несомненно, есть над чем задуматься. Вероятно, в случае Беларуси «большая сделка» с Вашингтоном также не сводилась бы к обмену политзаключённых на отмену санкций. Скорее, она означала бы предоставление (дополнительных) гарантий сохранения режима в обмен на согласие играть по американским правилам. Таблетки ни при чем. Стала известна причина неадекватного поведения Лукашенко
