Наш ответ американцам. Как Юрий Озеров создавал «Освобождение»
9 мая 1970 года в советский прокат вышли фильмы «Огненная дуга» и «Прорыв» — первые две части из пяти эпопеи «Освобождение», которую режиссёр Юрий Озеров снимал как настоящее кино о войне.
В 1960-х годах в СССР появились два больших кинопроекта, которые создали как ответ американскому кинематографу. И это были не попытки «догнать и перегнать», как тогда говорили с высоких трибун, скорее, всё происходящее напоминало соревнования штангистов, на которых советские киношники сразу взяли вес, оказавшийся недосягаемым для заокеанских конкурентов.
Первым проектом стала экранизация «Войны и мира» — книги, которую раньше в кино касались неохотно из-за её масштаба. Но в 1956-м в США вышел фильм с Одри Хепбёрн и Генри Фондой, после чего и было принято решение о постановке отечественной версии, которая получилась настолько грандиозной, что американский вариант потерялся на её фоне. Вторым проектом стала история Великой Отечественной войны — эпопея «Освобождение».
Ответ бывшим союзникам
В СССР военные фильмы, конечно же, снимали. Ещё в сталинское время выпустили «Падение Берлина» и «Сталинградскую битву», в 1950-е зрителей покорили пронзительные «Баллада о солдате» и «Летят журавли», да и в целом от этой темы уходить не собирались. Но примерно тогда же «проснулись» американцы — в 1958-м вышли «Молодые львы», в 1962-м — «Самый длинный день» про высадку в Нормандии, через год — «Большой побег» о побеге военнопленных из концлагеря. Советских войск и солдат в этих фильмах не было: Холодная война в самом разгаре, поэтому союзничество военного времени потихоньку заметалось под ковер. И советское руководство — вопрос ставился на уровне ЦК КПСС — решило дать ответ проискам бывших союзников.
Любопытны параллели в судьбе двух постановщиков, которым доверили снимать эти «ответы» западному кино. Сергей Бондарчук, которого сделали ответственным за «Войну и мир», родился в 1920-м, отучился в театральном училище — и три года воевал, лишь после демобилизации поступив во ВГИК. Назначение именно Бондарчука, у которого в режиссёрском активе была лишь одна работа (зато какая — «Судьба человека»!), критиковали — мол, молодой, не справится с масштабом. Но именно его «Война и мир» стала своего рода эталоном того, как надо переносить на экран роман Толстого.
А на эпопею о войне назначили Юрия Озерова, который тоже тогда не был известным режиссёром. Озеров в 1939-м успел поступить в ГИТИС, но был призван в армию, прошёл всю войну, которую закончил в Кенигсберге в звании майора — наверное, именно это обстоятельство и перевесило все остальные резоны.
«Настоящее кино о войне»
Позже Озеров рассказывал, что ещё во время штурма Кенигсберга дал себе обещание снять «настоящее кино о войне». Но с карьерой у него складывалось странно — он работал в разных жанрах, а из его художественных работ к моменту начала работы над «Освобождением» можно отметить лишь героического «Кочубея» про Гражданскую войну и советско-албанскую «Фуртуну». Но про работу американцев над принижением роли советского народа в Победе он знал, а потому, как «старый солдат», хотел рассказать, «как всё было на самом деле».
Несмотря на участие в судьбе проекта о войне партийного руководства, простым создание этих фильмов не было. Дело в том, что как раз в те годы шло развенчание культа Сталина — так что показывать его на экране надо было с оглядкой. К тому же попал в опалу маршал Жуков, обойтись без которого в подобном кино было невозможно. Ещё нельзя было рассказывать о первых годах Великой Отечественной, когда Красная Армия терпела поражения и отступала. Наверное, кто-то другой при наличии столь странных и противоречивых требований взял бы под козырёк и снял бы то, что зрители забыли бы на следующий день после просмотра. Но Озеров не сдался — он и в самом деле очень хотел показать настоящую войну.
«Чехам всё-таки по мозгам-то дал»
Жуков, например, в создании «Освобождения» всё же участвовал, хоть и не в официальном статусе — он передал режиссёру свои неопубликованные мемуары (они были изданы в 1969-м), а заодно порекомендовал на роль себя актёра Михаила Ульянова. Актёр, кстати, поначалу отказывался, но в итоге сдался под напором Озерова. Что не помешало ему ворчать, что немалый драматургический материал, который имелся для его персонажа в сценарии, был однообразен: «По существу, ему была придана служебная функция». Хотя именно Ульянов стал «главным Жуковым» советского кино и играл его потом во многих фильмах, в том числе у того же Озерова.
Сценарий для «Освобождения» писали ещё два фронтовика — Юрий Бондарев и Оскар Курганов. Бондарев, яркий представитель «лейтенантской прозы» использовал свои уже опубликованные произведения, а Курганов отвечал за масштабные события — сражения, совещания в высоких кабинетах, шпионские игры.
На производстве эпопеи не экономили — по некоторым данным, на неё потратили около 5 млн рублей. Американцы оценивали бюджет фильма в $40 млн, что по тогдашним меркам было очень и очень дорого. В съёмках принимали участие 150 танков — как восстановленных специально для фильма Т-34 и немецких «Тигров», так и современных. Летали настоящие самолёты, в массовке битв было задействовано множество статистов. И всё это, по задумке создателей, служило фоном для частных историй нескольких выдуманных персонажей: капитана Цветаева (Николай Олялин), медсестры Зои (Лариса Голубкина), полковника Лукина (Всеволод Санаев) и адъютанта Сашки (Сергей Никоненко).
В интервью aif.ru Никоненко вспоминал, что после премьеры в Берлине (она прошла 8 мая 1970 года) первых двух частей «Освобождения», посвящённых Курской дуге и взятию Киева, он не смог заснуть от переполнявших его чувств — и поехал к Бранденбургским воротам, где громко кричал западным немцам про русскую Победу. Потом был и показ в Праге, по словам Никоненко, он прошёл тихо, но «многим чехам всё-таки по мозгам-то дал».
Неприспособившийся Озеров
Аудитория картин оказалась огромной. Только в СССР за 1970 год «Освобождение» посмотрели 56 млн человек, а всего фильмы эпопеи (напомним, что кроме «Огненной дуги» и «Прорыва», вышлит «Направление главного удара», «Битва за Берлин» и «Последний штурм») показывали в 115 странах мира. Ленинскую премию получили все создатели — и Озеров, и сценаристы, и оператор Игорь Слабневич, и художник-постановщик Александр Мягков. А вот на «Оскар» американцы «Освобождение» не пропустили — даже в номинацию отбирать не стали. Впрочем, для Американской киноакадемии это было, скорее, правилом — также прошли мимо премии «Иваново детство» и «Они сражались за Родину».
Но «Оскар» ни на что не повлиял. Озеров уже после выхода первых двух частей «Освобождения» превратился в официального летописца Великой Отечественной. Впрочем, он от этого звания и связанных с ним обязанностей никогда и не бегал.
Следующим его проектом стал четырёхсерийный фильм-эпопея 1977 года про освобождение восточноевропейских стран «Солдаты свободы». Участвовал он и в работе над художественно-документальным проектом про Олимапиаду-80 в Москве.
И всё это время режиссёр не оставлял надежду снять полное «Освобождение», добавив к эпопее фильмы про битву за Москву и про Сталинград. Но как и в случае с первыми фильмами, ему пришлось преодолевать серьёзные трудности, хотя и совсем другого рода. Начались перестройка и гласность, денег на фильмы о войне давать перестали — «Битву за Москву» он успел снять в 1985-м, а ради «Сталинграда» пришлось идти на поклон к американцам, которые когда-то дали повод в принципе к появлению «Освобождения». Правда, в творчество те не вмешивались, но «новое мышление» всё равно накладывало свой отпечаток на то, что снимал Озеров — отсюда эпизоды с сыном Сталина, который случайно выстрелил в сослуживца, и с Родимцевым, отдавшим немецкого лётчика женщинам, в которых тот стрелял...
Но и в этих условиях у Озерова получилось сделать то, что он сделал, когда снимал первые фильмы «Освобождения»: подчиняясь запретам, он смог создать честное кино о Великой Отечественной войне, показал масштаб и трагедию того, что происходило в 1941-1945 годах, и дал возможность будущим зрителям увидеть всё не только на кадрах хроники, но в настоящей художественной ленте, снятой с использованием огромных ресурсов.
Для него и жизнь превратилась в бесконечную работу над «Освобождением» — уже в 1990-е Озеров перемонтировал все фильмы цикла в сериал «Трагедия века», а потом — и в фильм «Великий полководец Георгий Жуков», в котором отдал ему дань. Смогут ли повторить его труд другие кинематографисты — вопрос вопросов. Снимать так, как он, наверное, могут многие. Но делать кино так, чтобы его можно было смотреть и через 55 лет после выхода, дано немногим. Это умели Бондарчук, Станислав Ростоцкий, Григорий Чухрай, Леонид Быков. И Юрий Озеров.