Воронежский краевед рассказала фронтовую историю мужества и любви, которая пролегла через наш город

В первых числах февраля, как сегодня, хрупкая Зина выносила на себе раненых бойцов в самом пекле перед Курской битвой. В 1957 году она получила звезду Героя, в 1965-м – медаль Флоренс Найтингейл от Международного Красного Креста.

И через это имя легендарной Флоренс Найтингейл теперь, уже в XXI веке, у Зинаиды Туснолобовой тоже особая связь с Воронежем. В 2022 году областная Общественная палата в рамках проекта «Вдумчивые чтения» организовала на малой сцене Кольцовского театра благотворительную постановку «Милосердие. Память сердца» о легендарных медсестрах и врачах Флоренс Найтингейл, Даше Севастопольской, Екатерине Бакуниной, Федоре Гаазе, Ребекке Мухиной. Проект «Милосердие. Память сердца» в Воронеже будет иметь продолжение весной, в Международный день медицинской сестры. И в нем теперь должно звучать также имя Зины Туснолобовой. А пока эту малоизвестную для воронежцев историю редакции рассказала сотрудник краеведческого центра городской библиотеки №2 им. А.В. Кольцова Елена УСТИНОВА.

Мир и война

– Зинаида Туснолобова родом из-под белорусского Полоцка. Но в 12 лет оказалась в Сибири – туда переехала вся семья, чтобы быть поближе к арестованному отцу. В 1938-м его расстреляли. А Зина сразу после школы стала работать лаборантом-химиком. Наверное, с семейной трагедией ей помогла справиться новая дружба – с молодым военным офицером Иосифом Марченко. Дружба переросла в любовь – но началась война. Иосиф ушел на фронт, а Зина поступила в школу санинструкторов. По окончании тоже сразу же оказалась на передовой в составе 303-й стрелковой дивизии 60-й армии Воронежского фронта.

Уже после освобождения Воронежа в феврале 1943-го на подступах к Курску девушка, подползая к раненому командиру взвода, сама получила тяжелое ранение в ноги. Вот что она потом напишет в своих воспоминаниях: «Многие фашисты ходили по полю и добивали раненых. Увидев это, я притворилась мертвой. Ко мне подошел фашист, стал бить по голове и в живот чем-то тяжелым, думаю, прикладом. Потом в ход пошли сапоги. Я снова потеряла сознание...»

– Ее, вмерзшую в окровавленный лед и снег, но живую, заприметили бойцы развед­отряда. Девушку выбивали из мерзлоты финскими ножами. Гангрена отмороженных конечностей развивалась стремительно, но врачам в полевом госпитале удалось сохранить Зине жизнь. Руки и ноги пришлось ампутировать. Она выдержала восемь сложных операций, причем почти без наркоза. В том переломном 1943-м морфина на всех раненых не хватало. «Я все выдержу, доктор», – только и повторяла Зина. Несколько месяцев была почти при смерти, но молодой организм победил.

«Я твой прежний»

– Затем был эвакуационный госпиталь в Свердловске. И вот, окна в палате по-весеннему распахнуты. «Пойдем, красавица, погуляем?» – подбодрил девушку на больничной койке красноармеец, заглянув в окно. «А у меня прически нет!» – так же весело ответила Зина. Но боец уже стоял на пороге ее палаты. Очень уж ему понравилась эта санитарочка, которая теперь сама была на лечении. Солдат подошел к ее кровати и только теперь все увидел. Он встал перед ней на колени и заплакал: «Прости, сестренка, прости меня…» Но Зина думала о другом – о своем Иосифе. Дежурную медсестру она попросила написать за нее письмо: «Милый мой, дорогой Иосиф! Прости меня за такое письмо, но я не могу больше молчать. Я должна сообщить тебе только правду… Я пострадала на фронте. У меня нет рук и ног. Я не хочу быть для тебя обузой. Забудь меня. Прощай. Твоя Зина».

– Ответ пришел быстро: «Милая моя малышка! Родная моя страдалица! Никакие несчастья и беды не смогут нас разлучить. Нет такого горя, нет таких мук, какие бы вынудили забыть тебя, моя любимая. И у радости, и у горя – мы всегда будем вместе. Я твой прежний, твой Иосиф. Вот только бы дождаться победы, только бы вернуться домой, до тебя, моя любимая, и заживем мы счастливо. Вчера твоим письмом поинтересовался один из моих друзей. Он сказал, что, судя по моему характеру, я должен с тобой отлично жить и в дальнейшем. Я думаю, он правильно определил. Вот и все. Писать больше некогда. Скоро пойдем в атаку. Желаю быстрейшего выздоровления. Ничего плохого не думай. С нетерпением жду ответ. Целую бесконечно. Крепко люблю тебя, твой Иосиф».

«За Зину!»

– И были еще несколько сложных операций, выполненных хирургом Николаем Васильевичем Соколовым. Он разделил лучевые кости, сверху нарастил кожу. Так получилась левая рука с двумя «пальцами» – и Зина стала учиться самостоятельно себя обслуживать, умываться, причесываться, держать ложку и даже листать книгу. А на ампутированную выше локтя правую руку надевалось специальное приспособление – резиновая манжетка с «вечной» чернильной авторучкой. Теперь Зина училась заново писать. А спустя полгода – и заново ходить. Николай Васильевич перевез свою стойкую пациентку в Москву, там столичные ортопеды изготовили ей протезы нижних конечностей.

На ее госпитальный адрес с фронта приходили не только письма от Иосифа с его планами на будущее и мечтой о семейном яблоневом саде, но тысячи писем. А на танках и минометах, на фюзеляжах самолетов появились надписи: «За Зину Туснолобову!»

Ее победа

– Вернувшийся с фронта гвардии старший лейтенант Иосиф Марченко и Зина поженились сразу после Победы. Начались новые испытания. Первые два сына рано умерли. Семья переехала на родину молодой жены, в Полоцк. И здесь на свет появились сын Володя и дочка Нина. «…Мы с Иосифом вернулись в Полоцк, посадили сад. Может быть, это и есть счастье? Чтобы вот так раздольно цвел сад и росли дети. Подумать только, Вовочка уже в восьмом классе, а Нинка-егоза последний год ходит в детский садик. Сейчас поздний вечер, моя шумная семья угомонилась, все спят, а я пишу вам письмо… Приезжайте к нам летом на яблоки, Николай Васильевич! Забирайте всю семью с собой! Будем ездить в лес по грибы, на рыбалку! А главное – вы увидите, как я научилась самостоятельно стряпать, топить печь и даже штопать ребятам чулки. Горячо любящая вас Зинаида», – писала она хирургу своей судьбы Николаю Соколову.

– Но помимо семейных забот и радостей у Зины была работа. Член Полоцкого горкома КПСС и депутат горсовета Зинаида Михайловна Туснолобова-Марченко занималась, как бы сейчас сказали, «социальной сферой»: устраивала детишек в садики, подбирала молодым жилье, помогала с лекарствами.

Прожили Зинаида и Иосиф, может, не так долго, но счастливо. Зинаида Михайловна умерла рано, в 59 лет. Но до последних дней они оставались вместе и даже успели понянчить внучку.