Негде рожать. Как оптимизация здравоохранения сказывается на демографии

«Я рожала в областной столице, в новом большом перинатальном центре. Конечно, там комфортно, много профессионалов, которые могут помочь даже в сложных случаях. Но всё-таки как хорошо было бы рожать рядом с домом!» — говорит мама двоих детей Анастасия А.

Женщина живёт в одном из райцентров Самарской области. Население — почти 10 тысяч человек, всего в районе проживают 19 тысяч. «И все беременные отправляются рожать в столицу региона, — рассказывает Анастасия. — При этом в районной больнице есть хорошие специалисты, наблюдающие за будущими мамочками. А вот роддом закрыли в конце 2010-х».

По словам собеседницы «АиФ», её свекровь там работала и хорошо помнит, как в день принимали по 3–4 родов. А сейчас на весь район набирается по 2–3 роженицы в месяц. «Понятно, что содержать для них целое родильное отделение невыгодно. Но не всё в этом мире должно измеряться только выгодой! После закрытия роддома здесь и молодёжи стало ещё меньше, и рожать стали реже. А значит, глубинка, столь важная для нашей страны, вымирает».

География оптимизации

В Кузбассе живут 2,53 миллиона человек, в регионе есть 12 родильных отделений и 2 перинатальных центра. Но всего полгода назад роддомов было 16. Больничное звено Кемеровской области укрупняют, как и во всей стране, волнами с 2010 года, закрывая стационары и роддома. Взамен открываются фельдшерско-акушерские пункты. Правда, после громкой трагедии в Новокузнецке, где в январе погибли сразу 9 новорождённых, оптимизацию приостановили.

Похожая ситуация в Омске, городе-миллионнике, где с 2022 года объединили 3 роддома. Власти объясняют это снижением числа родов и заверяют, что оптимизация не сказалась на качестве медпомощи. С 2023 года нет роддома и в Малоярославце Калужской области (42 тысячи человек).

В Самарской области за последние 10 лет закрылись 2 роддома. В Кольчугино Владимирской области (37,3 тысячи жителей) роддом хотят превратить в ургентный зал (медики там будут заниматься другими неотложными ситуациями, а роды принимать только в экстренных случаях).

Не хватает денег и кадров

Доцент кафедры истории, философии и социальных наук ­КузГТУ, кандидат экономических наук Алёна Чупрякова считает, что закрытие роддомов происходит из-за стремления сэкономить, тем более что число новорождённых действительно сокращается.

«Конечно, государство принимает меры для того, чтобы здравоохранение развивалось. За 2025 год по всей России ввели в эксплуатацию 385 новых объектов, ещё тысячи открылись после капремонта, было закуплено 38,6 тысячи единиц нового оборудования», — перечисляет эксперт. Но сокращение числа родильных домов — это, конечно, головная боль для всей страны, признаёт Чупрякова. А, к примеру, в той же Сибири проблема усугубляется огромной территорией и большими расстояниями между населёнными пунктами на фоне низкой плотности населения. Региональные власти идут по пути оптимизации и из-за того, что финансов на все роддома (с точки зрения оснащения их медоборудованием и улучшения сервиса — организации комфортных одноместных палат, разнообразного питания) не хватает. Поэтому действительно рациональнее поставить хорошие аппараты в конкретный центр, а не «размазывать» оборудование по нескольким небольшим медучреждениям. Которые, к слову, ещё и не всегда есть кому обслуживать.

Ведь нехватка врачей и среднего медперсонала — отдельная проблема. Её пытаются решать: за 2025 год в стране 9 тысяч ординаторов трудоустроили как врачей-стажёров, столько же медработников обеспечили жильём.

Сколько стоит роддом

Сейчас государство вкладывается в демографию, предлагает семьям маткапитал и другую поддержку. А когда эти меры дадут эффект, может оказаться, что рожать-то и негде. Сколько стоит родильный дом? Отделение в частной клинике обойдётся в 20 миллионов рублей. Крупные проекты, площадью от 2,5 тысячи квадратных метров, — уже порядка 300 миллионов. «Определяющий фактор — число койко-мест. Также стоимость зависит от количества родзалов, операционных и палат, уровня технологического оснащения, зарплаты персонала», — говорит Алёна Чупрякова. Кто-то скажет: накладно всё это. Но не лучше ли потратиться сейчас, чем столкнуться с проблемами в будущем?

«Бутылочное горлышко»

Эксперт Центра прикладных исследований и программ Игорь Кузнецов считает: оптимизация, ещё как-то оправданная в центральных регионах, в Сибири и на Дальнем Востоке чревата опасными последствиями. Женщин направляют в один-единственный роддом, но что, если тот не справится с нагрузкой?

— Получается эффект «бутылочного горлышка»: если такой единственный «суперцентр» даёт сбой, то системе просто некуда перераспределить потоки. Ситуация, в которой государство, с одной стороны, раздаёт маткапитал и призывает рожать, а с другой — механически оптимизирует инфраструктуру без проработки рисков, — лишает систему запаса прочности.

Кроме того, дополнительная нагрузка на инфраструктуру и персонал в каких-то пиковых ситуациях неизбежно ведёт к снижению контроля за санитарными нормами и врачебным ошибкам из-за усталости. Если в 2030-е годы будет расти рождаемость (на что мы все очень надеемся), то действующая модель родовспоможения может перестать справляться с нагрузками.

Повторюсь: в крупных городах нельзя оставлять всего один перинатальный центр, должна быть дублирующая система. Доступность — это не только наличие койко-места в радиусе 100 километров, но и безопасной альтернативы. Прежде чем закрывать старый роддом, надо убедиться, что оставшийся готов к удвоению нагрузки. Расконсервировать здание ещё как-то можно будет, а вот восстановить медколлектив — это уже практически невыполнимая задача.