«Поющий фрегат». Как русская эскадра преподнесла сюрприз флоту НАТО
Смотреть за западным авианосцем «Индепенденс» и в случае нарушения «бардовых линий» в один момент стрелять на поражение — такие цели стояли перед огромным противолодочным кораблём «Скорый» во время войны Судного дня. На нём срочную службу проходил житель Пензы Александр Ленин, сегодня — сотрудник 1-го из научных институтов Пензы.
Меж 2-мя праздниками, которые отмечаются в феврале, Днём воина-интернационалиста и Днём защитника Отечества, «Тема Пенза» публикует воспоминания бывшего матроса Черноморского флота об одном из опаснейших столкновений XX века.
Смотреть за ракетами
На данный момент военнослужащие по призыву отправляются на флот в общей сложности на один год. 50 годов назад этот срок составлял три года. Однако Александр Александрович убеждает: о том, что отслужил на военном катере «трёхлетку», не жалеет. Попасть на море было священной мечтой для почти всех юношей.
«Никакой дедовщины у нас не было, когда корабль шёл в море, от каждого члена экипажа зависела и живучесть судна, и его боеспособность. Весь экипаж являлся единой многонациональной семьёй, — утверждает Александр Ленин. — „Скорый“ был новым кораблём, от этого мне ещё радостнее было получить назначение конкретно туда. Заглавие ему присвоили ещё во время тесты из-за собственных свойств: скорость под 36 узлов, с которой он мог передвигаться, была значимой для тех пор».
Как электрик-слаботочник Ленин был должен смотреть, чтоб на вверенном ему участке не было проблем. А приписан матрос был к погребу, где хранились ракеты.
«Было боязно, естественно, — не скрывал Александр Ленин. — Однако в то же время любопытно. Мы весьма ожидали, когда же отправимся на боевую службу, ведь это для матроса то же самое, что основная роль для артиста».
Так вышло, что матрос Ленин стал участником 1-го из больших конфликтов тех пор — войны меж Израилем, Сирией и Египтом.
Судный день
Война Судного дня — такое заглавие получили боестолкновения меж израильской армией и войсками Египта и Сирии в октябре 1973 года. Стороны бились из-за Синайского полуострова и Голанских высот. Вели войны в основном израильская армия и арабские войска. Официально СССР и США в войну не вступали, только помогали орудием и консультациями собственных советников. Однако Соединённые Штаты стянули военные суда в район конфликта. В те годы западные корабли ощущали себя царями на просторах морей и океанов. Казалось, помешать на море им никто не мог. Однако в сей раз конкурент возник — это была русская эскадра.
«Из Сирии эвакуировали мирных русских людей, часть военных кораблей участвовали в этом. Мы же должны были смотреть за авианосцем «Индепенденс», — ведает житель Пензы. Авианосец — это целый город на воде. На нём располагались тыс. военнослужащих. Во время войны во Вьетнаме конкретно с него поднимались самолёты США, бомбившие тропические заросли.
«Наша скорость позволяла нам подступать весьма близко к авианосцу, — продолжает Ленин. — Когда включались все четыре газотурбины катера, над морем стоял мощный рокот. Нас тогда окрестили „Поющим фрегатом“. Благодаря скорости и манёвренности мы даже встраивались в западный конвой, охранявший „Индепенденс“, наблюдали, как на палубе матросы играли в футбол. Они звали нашего командира „на чай“, знали, какая у него фамилия. Мы глушили им связь, американцы не могли из-за нас найти положение, координаты того, куда им нужно двигаться. Злились, однако ничего не могли с этим поделать».
«…Роли ВМФ США и СССР в сей раз поменялись. Ранее, как это было в ходе Кубинского кризиса, США услаждались абсолютным военным приемуществом и были в состоянии достигнуть собственных целей только внедрением обыденных (не ядерных) вооружений, — писал историк Стивен Киш. — Однако в 1973 г. русский флот оказался в состоянии развернуть в Средиземном море силы, превосходящие 6-й флот США…Глава Комитета начальников штабов адмирал Томас Мурер в жёсткой форме поставил в известность администрацию президента США, что 6-й флот не имеет преимущества над русскими силами и потерпит поражение, если ему придётся вступить в схватка с русской эскадрой. США оказались в ситуации, когда им… пришлось объявить всеобщую тревогу… поднять противоборство на ядерный уровень, потому что они не смогли оказать сопротивление СССР на уровне обыденных вооружений. Подобным образом, объявление волнения было быстрее признаком беспомощности, нежели утверждением силы».
В том конфликте США были обязаны действовать еще более сдержанно. А вот СССР вёл себя по-другому.
«Советы были готовы пойти на еще более значимый риск, чем до того как. Они употребляли военно-морские силы в ситуации, казавшейся очень угрожающей, и вели себя в кульминационный момент кризиса так, якобы они считали 6-й флот отлично нейтрализованным», — отмечал западный исследователь Брэдфорд Дисмакс. Русский флот не блефовал.
«Если бы авианосец подошёл к Сирии, к водам, которые мы защищали, нам было бы приказано открывать пламя», — не прячет Александр Ленин.
Схватка на море не свершилась. Генри Киссинджер повстречался с Леонидом Брежневым, и скоро было подписано мирное соглашение.
Отгоняли израильтян
2-ое боевое дежурство жителя Пензы также было соединено с войной Судного дня. Египет попросил посодействовать очистить Суэцкий залив. Воды около сегодняшнего курортного центра — Хургады были нашпигованы минами после закончившихся схваток. Египтяне устанавливали их в спешке, планы минных полей не составлялись.
«Можно было проплыть над миной, к примеру, 11 раз, а она взрывалась только на 12-й, — продолжает Александр Ленин. — Работа была страшная: поначалу работали тральщики, позже стали применять вертолёты, те подрывали мины с помощью шнурового заряда. Взрыв — и на километр ничего живого в округе не оставалось, только волны шли в различные стороны. Задачей нашего корабля была охрана территории. Израильтяне пробовали нам тогда помешать, мы их отгоняли».
Свою целью русские мореплаватели выполнили, вверенную им территорию очистили.
Грамота от Нептуна
Александр Ленин утверждал: он не мучился от качки на корабле, у него даже аппетит повысился. А кормили на «Скором» весьма даже хорошо. Щи, борщ, а главное — макароны по-флотски. Порции были отличные, добавки не требовались. Еще тяжелее было длительное время не наблюдать ничего, не считая волн.
«Когда нас направили разминировать Суэцкий залив, мы 38 суток шли без остановки, — вспоминает Александр Ленин. — И вот в районе Мадагаскара узрели землю. Матросское радио сработало стремительно, все выбежали на палубу. Это было такое счастье — наблюдать берег. А штурман нас огорошил: „Нет, ребята, это мираж“. Представляете, вот так, всей командой, мы, оказывается, просто мираж узрели».
Быт моряков пробовали варьировать. Когда проходили через экватор, устроили «макания» в воду в честь Нептуна. Соорудили на палубе бассейн из брезента, туда друг дружку и кидали. Капитана не тронули, а вот его зама по политчасти обмакнули. Позже житель Пензы получил «важную бумагу»: «Ленин Александр Александрович пересёк экватор, дань Нептуну дал и больше налоги платить не должен». Даже спустя много лет после службы Александр Ленин выписывал «Красную звезду», чтоб читать, как проходит служба на «Скором». Весьма гордился фуррорами экипажа.