Бороды стали очень популярны у мужчин в последние 10−15 лет, и многие считают их символом мужественности. Но нравится ли этот атрибут всем женщинам одинаково? Оказывается, нет. Польские исследователи выяснили, что отношение к мужской бороде во многом зависит от возраста женщины — и за этим, как полагают ученые, стоит вполне конкретная биологическая логика. Исследователи из Варшавского университета, Вроцлавского медицинского университета и Вроцлавского природоведческого университета провели онлайн-опрос среди 122 польских женщин в возрасте от 19 до 70 лет. Участниц разделили на три группы: те, у кого менструальный цикл регулярный (до начала климактерических изменений), те, кто переживает переходный период (менопаузу), и те, у кого менструации прекратились минимум год назад. Всем показывали фотографии одного и того же мужчины — 22-летнего участника-добровольца. С помощью редактирования изображений ученые меняли его внешность: делали лицо более мужественным или женственным, добавляли щетину, среднюю или густую бороду. Также варьировали телосложение — форму торса и мускулистость. Участницы оценивали привлекательность мужчины по 10-балльной шкале. Чем старше женщина, тем привлекательнее ей кажется борода Результаты показали четкую закономерность: чем старше была женщина, тем выше она оценивала привлекательность мужчин с бородой. При этом менопаузальный статус на это не влиял — важен был именно возраст как таковой. Ученые предлагают следующее объяснение: молодые женщины, находящиеся в репродуктивном возрасте, оценивают потенциальных партнеров прежде всего через призму «генетического качества». Борода при этом может мешать — она закрывает черты лица, по которым женщины считывают здоровье и возраст мужчины. Для зрелых женщин логика другая: борода сигнализирует о зрелости и социальном статусе, а не просто о физической силе. Женщины, у которых репродуктивная функция снижается или уже угасла, по мнению авторов, начинают ценить именно эти качества. Схожая тенденция обнаружилась с телосложением: старшие женщины давали более низкие оценки V-образной фигуре (широкие плечи, узкие бедра) и предпочитали небольшую мускулатуру, а вот подчеркнутую чаще оценивали как признак потенциальной агрессивности. Молодые, напротив, связывали мышцы с положительными качествами: здоровьем и способностью защищать. Это может объясняться тем, что после выхода из репродуктивного возраста женщины могут быть склонны воспринимать подчеркнутую физическую силу не как защиту, а как угрозу. А вот с чертами лица картина вышла неоднозначная. В целом с возрастом женщины чуть выше оценивали более мягкие, феминизированные черты — предположительно потому, что они ассоциируются с надежностью и готовностью к сотрудничеству. Но когда исследователи сравнили отдельно старших женщин до и после менопаузы, эта закономерность нарушилась: первые оценивали феминизированные черты выше. Авторы предполагают, что этот парадокс объясняется не возрастом, а другими факторами — например, тем, какие именно отношения женщина ищет или в какой фазе менструального цикла она находится. В основе всего этого, говорят авторы, вероятно, лежит так называемая гипотеза бабушки: идея о том, что с возрастом женщины переориентируются с рождения детей на поддержку уже сформированной семьи. В соответствии с этой логикой меняются и критерии оценки мужчин: на первый план выходят не признаки «сильных генов», а черты, говорящие о надежности, зрелости и способности к долгосрочным отношениям. Впрочем, ученые признают, что выборка для исследования была не слишком большой. Также стоит учитывать, что все фотографии в исследовании были сделаны с одного 22-летнего мужчины — и женщинам постарше такой возраст попросту мог казаться в целом неподходящим. Все это могло повлиять на оценки. Тем не менее результаты подтверждают, что женские предпочтения — не нечто фиксированное: они меняются со временем и с биологическими изменениями в организме. То, что кажется (не)привлекательным в 25 лет, может совершенно иначе восприниматься в 55.
