ТГ-канал "Милитарист": Скоро Иран резко изменит тактику. Это он начнет вторжение

Иран не может вечно воевать от обороны. В конечном счёте это приведёт лишь к одному – поражению.  И ТГ-канал "Милитарист" прогнозирует резкую смену тактики Ирана.

Альтернатива – открытие собственного наземного фронта с целью перехвата инициативы. И вариантов здесь два:

• на сухопутном участке операция против Азербайджана и Ирака в лице курдов, которые могут принять участие в наземной операции Трампа;
• на "морском участке" – попытка высадки десанта в одну из монархий Персидского залива, которые тоже угрожают Ирану.

Возможно, этим обусловлены планы США по захвату двух стратегически важных для Ирана островов Харк (нефтяная артерия) и Кешм (вода и логистика), по которым уже наносятся удары.

Логика здесь понятная: если тебя бьют – расширь театр войны и заставь противника реагировать.

Впрочем политолог и историк Владимир Ружанский считает, что Иран не решится на наземную операцию.

- Почему?

- Иранская военная доктрина последние 30 лет строится не на прямых наступательных операциях, а на трёх инструментах: асимметрическая война; прокси-силы; экономическое удушение противника (морские коммуникации).

И надо отметить, что эта стратегия работает. Достаточно посмотреть, во что превращают Тель-Авив и другие израильские города иранские ракеты.

– Поэтому прямое вторжение – почти всегда последний вариант, на который пойдут иранцы?

– Вот именно - последний.

– Но очевидно, что такой сценарий возможен. Что думаете о наземной операции против Азербайджана и Ирака?

– Если говорить об операции против Азербайджана, ситуация крайне взрывоопасна, поскольку Турция автоматически вмешается. Азербайджан – военный союзник Турции. Израиль тоже будет вовлечён, ведь Азербайджан – один из главных поставщиков нефти в Израиль и важный стратегический партнер.

– А как на это может отреагировать сам Иран? Ведь у него внутри огромное азербайджанское меньшинство.

– Совершенно верно. Это ещё и огромный риск внутренней дестабилизации Ирана, поскольку здесь проживают 15-20 млн азербайджанцев. Да, это другие азербайджанцы, точнее – тюрки. И единство Ирана до сих пор удерживал шиизм, к которому принадлежат и персы, и тюрки. Но война против Азербайджана может резко усилить пантюркистские настроения и внутри самого Ирана. Это бомба замедленного действия.

– То есть полноценное вторжение Ирана в Азербайджан маловероятно?

– На данном этапе – почти исключено.

– Что Иран может сделать?

– Он может проводить демонстрации силы на границе, поддерживать армянский фактор. Но полноценное вторжение – нет.

– А что по Ираку?

– Ирану его захватывать просто не нужно. Иран уже фактически присутствует там через шиитские милиции, политические партии и КСИР. Если говорить о наступлении, то это может быть усиление контроля над спорными курдскими районами или удары по базам США – но это уже и так делается. Это именно ограниченные операции, а не полномасштабная война.

– А как насчет морских операций? Например, звучат теории о возможном иранском десанте в монархии Залива.

– Это самый маловероятный сценарий из всех возможных. Высадка морского десанта – это самая сложная военная операция вообще. Для неё нужно господство в воздухе, господство на море, крупный флот и специализированные транспортные корабли. У Ирана нет таких возможностей. В то время как объединенные флоты США, Саудовской Аравии и ОАЭ полностью контролируют залив.

– Тогда в чём же заключается реальная наступательная мощь Ирана?

– Гораздо более вероятные наступательные действия Ирана уже осуществляются. Это асимметричная война.

• Первое – закрытие Ормузского пролива через минирование, удары противокорабельными ракетами, атаки катеров и дронов. Всё это может обрушить до 30% мировых морских поставок нефти.
• Второе – массовая прокси-война через союзников: "Хезболлу", шиитские милиции в Ираке, хуситов в Йемене. Цель этих действий – атаки на инфраструктуру, удары по базам США и нефтяным терминалам.
• Третье – баллистические ракеты, дроны и крылатые ракеты, целями которых становятся нефтяные заводы, порты и военные базы.

– К чему это может привести в глобальном масштабе?

– Ирану вполне по силам вызвать энергетический шок всемирного масштаба. И это, на данном этапе, его главная наступательная операция. Удары по нефтяной инфраструктуре Саудовской Аравии, по танкерам, портам – даже несколько успешных атак могут поднять цену нефти до 150–200 долларов.

Подпишитесь, поставьте лайк) Я буду вам очень признателен.

– В чём заключается сейчас стратегия Ирана?

– Не в том, чтобы выиграть войну в классическом смысле, а сделать её настолько дорогой, чтобы противник сам остановился. Это искусство войны по-ирански. Мир уже видел горящие нефтяные поля во время войны против Саддама Хусейна, но в Персидском заливе масштаб может быть в разы больше.

– И какова роль ядерного фактора в этой стратегии?

– В долгосрочной перспективе, если Иран хочет застраховать себя от войны в будущем, ему необходимо собственное ядерное оружие.

– Почему они до сих пор его не создали?

– Думаю, они до последнего надеялись, что им удастся возобновить торговлю с Западом и с США в первую очередь. Но реальность оказалась гораздо более суровой. Впрочем, как мы видим, иранцы довольно успешно справляются с давлением, несмотря на тяжёлые потери, и продолжают двигаться к своей цели.

Подпишитесь, поставьте лайк) Я буду вам очень признателен.