"Старая ловушка": США допустили эту глупую ошибку уже не в первый раз
США убили верховного лидера Ирана, допустив ошибку Афганистана, сообщает CNN. этот просчет лишь подогрел ярость и усилил решимость иранцев сопротивляться. Трамп оказался в ловушке, где даже масштабные военные удары не приносят желаемого результата, а лишь затягивают конфликт.
Война, которая "выиграна", но при этом "еще не окончена". "Короткая вылазка", которая должна закончиться безоговорочной капитуляцией Ирана". Риторические ухищрения Дональда Трампа вполне соответствуют его манере единолично формировать информационную повестку Америки, но рассыпаются в прах при столкновении с суровой реальностью боевых действий.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
"Победа" на войне — это вам не выигрыш в спортивном соревновании: финальный свисток здесь не прозвучит по расписанию, на табло не объявят победителя. Бравада и видеоролики в лучшем духе компьютерных шутеров, которыми администрация США сопровождает свою атаку на Иран, лишь маскируют пугающую сложность безвыходной ситуации. Как далеко на самом деле должны зайти американцы, чтобы не просто объявить "победу" (как Трамп сделал в среду в Кентукки), а заставить Иран вести себя так, будто он действительно потерпел поражение?
Трамп оказался в старой ловушке современной войны — он поверил в то, что быстрая и точечная военная операция принесет быстрые и долговременные политические результаты. Какой бы мощью ни обладала атакующая сторона на начальном этапе, у тех, на кого напали, всегда будет больше причин защищать свою землю и свой дом.
Похоже, Белый дом поторопился, ухватившись за возможность нанести "удар по верхам", данные для которого так вежливо предоставила израильская разведка. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху придерживается совершенно иных региональных целей, и затяжной конфликт США с Тегераном идеально вписывается в его стремление поставить Иран в состоянии перманентного коллапса и тем самым избавиться от исламской угрозы. Однако смерть верховного лидера аятоллы Али Хаменеи, случившаяся 28 февраля, породила не меньше проблем, чем решила.
У Трампа нет готового кандидата вроде Дельси Родригес, которую он мог бы наделить властью, как это произошло после захвата венесуэльского президента Николаса Мадуро. Напротив, вакуум власти в Иране заполнили радикалы, выдвинувшие сына Хаменеи — Моджтабу, именно того человека, которого Трамп публично заявлял, что не хотел бы видеть у власти.
Пока неясно, позволяет ли здоровье Моджтабе записать видеообращение о принятии полномочий, хотя в четверг по иранскому ТВ зачитали то, что было названо его первым обращением к народу в качестве нового лидера.
Зато совершенно очевидно другое: Корпус стражей исламской революции (КСИР) жаждет кровавой мести за беспрестанное уничтожение своих командиров. Примерно так же поступили бы и американские военные, если бы убили Дональда Трампа, всех членов Объединенного комитета начальников штабов и большую часть руководства разведки.
Эта ярость перечеркивает все планы Трампа на быстрое завершение конфликта. Иран — всего за 13 дней — превратил войну в марафон на выживание и, кажется, пока выигрывает эту дистанцию.
Трамп пропустил сразу два неожиданных мощных удара, скоро будет третий
Соединенные Штаты могут бомбить Иран месяцами, но цена высока: критически важные запасы боеприпасов истощаются, в преддверии ноябрьских промежуточных выборов растет политический ущерб, возрастает риск новых военных потерь с американской стороны.
Иран продолжит терять пусковые установки, базы дронов, солдат, офицеров и инфраструктуру. Но многие уцелеют, и оставшегося потенциала, скорее всего, хватит, чтобы продолжать сопротивление и не пасть на колени. Лидеры КСИР готовились к этому сценарию годами. Это дело их жизни. У них могут закончиться бомбы, беспилотники или даже люди, но не стимул. Через нечто подобное уже прошли Ирак и Афганистан.
Иранское общество по-разному относится к правящему режиму. Но авианалеты творят странные вещи — под бомбами даже вчерашние противники власти зачастую становятся союзниками. Недальновидная идея о том, что несколько тысяч высокоточных ударов вызовут всенародное восстание, окончательно провалилась. Мечты о демократии и смене режима промелькнули мимо Дональда Трампа и остались позади. Теперь президент ищет пути выхода из войны.
Вместо успехов обнажилась ограниченность американской авиации. Она способна подорвать военный потенциал или устранить лидеров, но пока что в Иране ей не удалось ни заставить режим изменить свою природу, ни добиться его падения. И с каждым днем удары будут становиться все менее эффективными и все более смертоносными для гражданских: список военных целей тает, а объекты, которые необходимо поразить американцам и израильтянам, все плотнее переплетаются с гражданской инфраструктурой.
Для Ирана математика рисков и выгод выглядит иначе: они могут атаковать и стирать с лица земли танкеры в Ормузском проливе, удерживая цену на нефть выше 100 долларов. Способны заставить мировую экономику роптать на Трампа, который "должен был это предвидеть". Иранских ракетных залпов может стать меньше, но сам факт, что они продолжаются — уже победа.
С того момента, как Дональд Трамп начал ежедневно говорить о "конце войны" и "победе", он слишком явно дал понять, что хочет остановиться. На войне важно следить за тем, что ты говоришь, а он только что сообщил врагу: "Мне это уже надоело, давайте заканчивать".
Поэтому для иранского режима путь к победе (или, по крайней мере, к тому, чтобы не проиграть) внезапно стал кристально ясным — хотя и долгим. Нужно просто выстоять. Дональд Трамп или Израиль могут убить и второго Хаменеи, но решимость иранцев станет только крепче. В Афганистане американцы усвоили неприятный урок: ночные рейды на талибских командиров лишь затруднили завершение войны — вести переговоры стало не с кем, кроме как с озлобленными сыновьями убитых лидеров.
Пока что это вовсе не "вечная война". Она тянется всего лишь 13 дней. Более вероятно, что молчаливая дипломатия или просто истощение сведут насилие на нет в ближайшие недели — причем таким образом, что обе стороны смогут объявить себя победителями.
Затем иранский режим воспрянет из пепла, став еще более жестким, кровопролитным и безжалостным. Его лидеры будут знать: вся мощь американской военной машины способна убить их верховного лидера, разорить их армию, но свергнуть их непопулярную клику окажется ей не под силу. Это огромная психологическая победа. Россия и Китай, без сомнения, помогут Ирану встать на ноги — не сразу, но режим сможет достаточно окрепнуть, чтобы снова наносить удары.
Соединенным Штатам, вероятно, придется задуматься о новой масштабной операции в будущем — чтобы снова ослабить воспрянувший Тегеран. И тогда они столкнутся с той же дилеммой, что и Европа перед лицом России. Иран начнет изматывать Америку асимметричными действиями — провокациями, кибератаками, диверсиями — достаточно частыми, чтобы подчеркнуть неспособность США подавить его, но недостаточно серьезными, чтобы спровоцировать полномасштабную войну.
Самое тяжелое решение, которое может принять любой американский президент — отправлять ли солдат на войну. Дональд Трамп не первый наступает на эти грабли: Джордж Буш — младший ошибался дважды. Барак Обама верил, что еще чуть-чуть — и в Афганистане будет победа. Хаос при выводе войск Джо Байденом лишь подтвердил, насколько плохо Америка понимает природу своих неудач.
Трамп объявил о победе спустя 12 дней конфликта, хотя противник его оптимизм не разделяет. Америка пока не заслужила лаврового венка победителя. Теперь президент США стоит перед невыполнимой задачей: увязать свою непреодолимую потребность выглядеть триумфатором с упрямым желанием Ирана никогда не сдаваться. Ждать, пока враг выдохнется — это не стратегия, но, похоже, сейчас это единственный возможный вариант для Соединенных Штатов.