Михаил Мишустин достаточно точно описал компании, которые смогут вернуться в Россию в числе первых. И подтвердил, что каждый случай будет рассматриваться отдельно, а помимо новых обязательств «возвращенцев» оценят то, как компания вела себя последние три года. В частности, заявляла ли об уходе, как повела себя с сотрудниками и вела ли хоть какую-то деятельность на территории нашей необъятной. Так кого же наши власти готовы пустить обратно хоть завтра, выяснил портал «АвтоВзгляд».О скором возвращении иностранных компаний уже не только говорят — случилась «первая ласточка», которой странным образом стала итальянская Ariston. Шутке про чипы из стиральных машин здесь самое место. Однако факт остается фактом: дамы и господа, у нас прецедент. С высокой долей вероятности предположим, что теперь число подобных сообщений кратно увеличиться, превратившись из капли в ручеек, а из ручейка — в полноводную реку.Безусловно, всех нас особенно интересуют бренды автомобильные, поэтому внимательно прочитаем слова г-на Мишустина, сказанные буквально сейчас, и постараемся их перевести с бюрократического на русский. Итак, премьер-министр в ходе ежегодного отчета правительства Госдуме сказал следующее:«Прежде всего, рассматриваем компании, которые не заявляли об уходе из России, продолжали деятельность через свои дочерние предприятия, ответственно отнеслись к трудовым коллективам. Те, кто ушли под давлением правительств, сохранив рабочие места, контакты, технологии, при этом понесли даже финансовые потери и оставили за собой возможность вернуться — почему бы нет. Кто обладает также уникальными компетенциями в этом плане — это также важно».Еще раз: не уходили и работали в меру возможностей, платя зарплаты, налоги и аренду. Кто из «автомобильщиков» подпадает под такое описание? Во-первых, японцы из Toyota, Suzuki, Subaru, Mazda и Mitsubishi. Чудным стечением обстоятельств, иначе это не объяснить, при последних осталось даже производство — доля калужского завода с собственной линией все еще принадлежит Mitsu.Все вышеперечисленные фирмы сохранили свои офисы и команды, дилерские сети и продолжали все три года не только работать, поставляя и продавая запчасти, но и строго соблюдая гарантийные обязательства. Вывод прост: они, при условии тех самых инвестиций, имеют полное право претендовать на право вернуться. Хотят? Еще как!Во-вторых, корейцы, которые, как и в случае с Ariston, наверняка смогут получить обратно свой завод в Ленинградской области. Они так же сохранили офис и немалую долю состава, поставляли запчасти и работали, платя налоги. Следовательно, опять же инвестирую должное число дензнаков, вернуться смогут.Тот же Hyundai намедни отгрузил 20 миллиардов «дональдов» непосредственно в американскую экономику, так что платить за возможность «косить» корейцам не привыкать. Нет сомнений, что в нашем случае они поступят точно так же.Напоследок, стоит вспомнить про Peugeot и Citroёn: что «лев», что «двойной шеврон» не только «сохранились», включая калужский конвейер, но даже умудрялись втихую машины выпускать из заводских остатков! Наверняка, им тоже уделят внимание. Тем более, что уж у кого, а у Peugeot есть опыт работы в сложных геополитических условиях: их иранский бизнес десятилетиям выживал и приносил не благодаря, а вопреки.Скорость, что набрали события, уже перевалила за середину спидометра и продолжает расти. И если еще полгода назад и речи не шло, то в январе начались слухи, а уже сегодня мы не только имеем право говорить о первом свершившемся, пусть из области стиральномашиностроения, факте, но и смело прогнозировать. Ловите авторский прогноз: к середине лета начнем считать вернувшиеся автобренды. А может — и раньше!..
