В войну детей брали к себе совершенно чужие люди. Чужих детей. Шли эшелоны через города и деревни. И везли детей; кто-то сиротой остался, кого-то мамы успели посадить на спасительный поезд из Ленинграда или другого нашего города…И у одной женщины муж бился с врагом. А она с двумя детьми осталась; работала с утра до ночи. Думала, как помочь победе и как детей накормить. Вот только эти мысли и были. И ещё тоска по мужу, конечно.Женщина пришла на станцию, рядом работала. И увидела троих ребятишек. Совсем слабеньких. Воспитательница сказала, что их не довезти до детского дома. Это слабенькие детки. Две девочки лет шести и мальчик трехлетний. И женщина взяла детей. Хотя своих-то трудно прокормить.Но был огород и коза. И работа. И доброе сердце.И вот эта женщина варила большую кастрюлю супа. Жидкого супа; лук, капуста, крупы немножко. На всех. Дети сидели за столом смирно и ждали, пока нальют суп в мисочки. Дети были тихие, послушные, смирные. Все пятеро жадно смотрели на кастрюлю. Но никто и не смел просить: «Дай!». Ждали. А потом кушали с маленькими кусочками черного хлеба. У каждого свой кусочек…И женщина рассказывала потом: она отворачивалась от кастрюли, когда суп разливала. Сначала отворачивалась. Не глядела.Чтобы своим погуще не налить.Чтобы всем поровну. Чтобы материнский инстинкт не толкнул под руку. Всем поровну. Своим и чужим.А потом она перестала отворачиваться. Через неделю. Все стали свои. Все пятеро. Все дети - родные. И от своего кусочка хлеба женщина всем по крошечке добавляла. Всем пятерым. И всех спасла. Вырастила.Вот и вся история. Это одна поэтесса рассказала про свою бабушку. И вы своих не забывайте. Своих. Потому что чужих среди тех, кто пережил испытания и победил, - нет. Все свои. Всех надо помнить...Анна Кирьянова
