Взрыв на НСММЗ-2007: причины, последствия и суд
Главное событие минувших выходных — трагическая гибель в результате ЧП на заводе «Промсорт-Урал» 35-летнего Дмитрия Мусихина. Вернее, 34-летнего — юбилей Дмитрий бы отметил только 11 октября. Травмы он получил при выплеске металла вечером 26 сентября и умер в больнице спустя двое суток. Идет расследование; супруга Дмитрия, Александра, рассказала E1, что с ней связались представители предприятия и пообещали компенсацию. Завтра Дмитрия похоронят — прощание будет организовано в Свято-Троицкой церкви, начало в 14:00. Многие наши читатели вспомнили: подобный трагический случай на этом заводе уже происходил. Мы решили вспомнить эту историю.
11 мая 2007 года днем в электросталеплавильном цехе на тот момент НСММЗ из-за разгерметизации охлаждающей панели в дуговую печь попала вода, и когда воду накрыло раскаленным металлом, произошел взрыв, который было слышно во всем городе. Под мощную волну пара, шлака и металла попали восемь человек: сталевары и ремонтники, которых вызвали из-за неполадок в работе печи.
Один из ремонтников, 33-летний Владислав Шехмейстер, от полученных травм на следующий день умер в больнице Екатеринбурга. У него осталась семилетняя дочка. Еще у двоих телесные повреждения оценивались как тяжкие.
В октябре того же года Ревдинский городской суд признал виновными в нарушении правил техники безопасности на взрывоопасных объектах, повлекших по неосторожности смерть человека, 49-летнего старшего мастера печного участка №2 и 38-летнего сталевара печи. Им дали по три года условно. Оба приехали в Ревду недавно и уехали после несчастного случая.
Они, как было установлено в ходе судебного разбирательства, знали о неисправности — перегреве одной из водоохлаждающих панелей кожуха печи, приведшем к порыву трубы, но не остановили работу. Государственный обвинитель просил для подсудимых реального лишения свободы с лишением права занимать должности, связанные с организацией и охраной труда в течение трех лет. Однако судья нашла это излишним, так как «вся трудовая деятельность подсудимых связана со сталеплавильным производством, и наложение запрета на занимаемую должность может отразиться на условиях жизни их семей», а у обоих имеются несовершеннолетние дети.
Выслушав приговор, пострадавшие рабочие, а также отец погибшего Владислава Шехмейстера, открыто заявили, что судили, по их мнению, не тех, кого следовало бы.
Общественное мнение обвинило во взрыве высшее руководство предприятия, которое, якобы, в погоне за планом не уделяет достаточного внимания безопасности труда и техническому состоянию производственных мощностей. Осужденных же назвали простыми «стрелочниками».
Два самых тяжелых пострадавших на суде сказали, что завод ничем не помог им, кроме оплаты лечения и путевок. Впоследствии предприятие компенсировало им моральный вред, предоставив квартиры. Один из них обратился в суд и в 2010 году взыскал с завода 1,1 миллиона рублей на пластическую операцию обожженного лица. В 2020 году он снова подал иск уже к НЛМК с требованием заплатить ему 3,9 миллиона рублей утраченного в результате повреждения здоровья по вине ответчика заработка за 11 лет и далее ежемесячно выплачивать по 30 000 рублей.
Но суд пришел к выводу, что работодателем исполнены все обязательства в связи с полученной производственной травмой, а утраченный заработок возмещается истцу Фондом социального страхования путем перечисления ежемесячных выплат, размер которых превышает сумму заработной платы подручного сталевара пятого разряда на предприятии. В удовлетворении исковых требований было отказано.