Спустя три месяца после памятного разноса чиновникам Витебщины правитель снова вернулся к проблемному региону. Судя по всему, лучше не стало. Скриншот видео На очередном совещании Лукашенко пришел к неутешительному выводу: на фоне падения в экономике области, «не видно ни рвения, ни инициативы, не видно и перемен к лучшему». Якобы поэтому он и сменил председателя облисполкома. Как будто это поможет. Ведь, по его собственным словам, для Витебщины нужен «пошаговый антикризисный план». Тут бы самое время спикеру задаться вопросом, а кто спровоцировал этот кризис? Но – так ведь можно выйти на себя… Отсутствие инициативы и рвения у чиновников легко объяснимо. Им годами приходится исполнять далекие от рациональности капризы вождя, неся всю тяжесть ответственности за предсказуемый провал таких затей. Несложно ведь было спрогнозировать, чем должна была закончиться навязанная Лукашенко идея по укрупнению хозяйств в области, сбору под одной крышей остающихся на плаву и давно имеющих все признаки утопленника предприятий. Справедливости ради, в данном случае (как и в других ситуациях) среди номенклатуры не нашлось ни одного принципиального смельчака, способного напомнить уроженцу деревни о том, что в итоге можно получить, смешав мед с конскими «яблоками». Мор скота на Витебщине бьет рекорды, но правитель снимает с должности главы области автора диссертаций в области ветеринарной медицины. И отправляет решать проблему… экс-министра промышленности. В сельском хозяйстве беда по всей стране, о чем Лукашенко и сам все чаще говорит во время публичных головомоек. И сам же в течении последних шести лет меняет профильных министров раз в год. Апатия чиновников вызвана тем, что им годами приходится работать в режиме «пойди туда — не знаю куда», рискуя получить очередную выволочку, не угадав с нужным направлением. Вот и в этот раз им пришлось втягивать шеи в плечи под гневные упреки о горящих в деревнях фонарях. Упреки от того же человека, который год назад им давал установку: «В деревне, не говоря про агрогородки, хоть один фонарь на улице должен гореть. Чтобы люди смело могли передвигаться по улице».
