Всё из-за Трампа: Европейские и российские нефтегазовые компании резко урежут выплаты дивидендов

Норвежская государственная энергетическая компания Equinor, британская BP, нидерландско-британская Shell, французская TotalEnergies и итальянская Eni сократят выплаты акционерам на 10−25%, передает Financial Times. Речь идет о миллиардах долларах, которые менеджмент пытается сэкономить на фоне ожидаемого в 2026 года снижения цен на нефть.

Аналитики британского инвестбанка Barclays и крупнейшего швейцарского финансового холдинга UBS предполагают, что объем выкупа акций в нефтегазовом секторе снизится в среднем примерно на 21−25% после нескольких лет направления более половины средств на возврат капитала акционерам.

В прошлом году цены на нефть упали примерно на 17%, до $62 за баррель Brent. Правда, к 4 февраля стоимость энергоносителя этой марки оставалась на более высоком уровне — более $67 за баррель.

Но TotalEnergies уже предупреждала — если средняя цена на нефть сохранится в диапазоне $60−70 за баррель, то ей придется сократить ежеквартальный обратный выкуп акций на $500 млн, до $1,25 млрд в 2026 году. По данным международного банка HSBC, Equinor может в свою очередь намного сильнее сократить годовую программу, с $5 млрд до $2 млрд, а Shell — с $3,5 млрд до $3 млрд. Правда, ExxonMobil и Chevron, несмотря на отчеты о самой низкой годовой прибыли за четыре года, пока не заявляли о планах сократить выплаты акционерам.

Российские нефтегазовые компании в 2024 году демонстрировали более высокую дивидендную доходность, чем европейские: примерно 11−13% против чуть выше 4%, которая сохранилась в Европе и в 2025 году. Но в конце ноября «Коммерсантъ» писал, что по итогам января-сентября 2025 года выплаты дивидендов российских компаний сократились в два раза к аналогичному периоду 2024 года, до 640 млрд руб. на фоне снижения чистой прибыли главных плательщиков дивидендов — нефтяных компаний.

Впрочем, в ноябре ряд российских энергетических компаний все же решил выплатить дивиденды за предыдущие периоды. Совет директоров ЛУКОЙЛа рекомендовал выплатить их в объеме 397 руб. на акцию по итогам января-сентября с доходностью около 7,2%.

Соответствующая структура «Татнефти» в свою очередь рекомендовала выплату дивидендов в объеме 8,13 руб. на акцию за третий квартал прошлого года. Совет директоров «Роснефти» в середине ноября рекомендовал промежуточные дивиденды в размере 11,56 руб. на акцию с доходностью 2,9% по итогам первых девяти месяцев прошлого года.

Государство способно влиять на дивидендную политику российских нефтегазовых компаний как акционер, если оно контролирует значительную часть ценных бумаг, как регулятор (с 1 июля 2021 года правительство обязывает государственные компании направлять на дивиденды не менее 50% от чистой прибыли в соответствии с МСФО), и в рамках интересов бюджета, так как дивиденды от государственного бизнеса являются важным источником пополнения казны. Они оказываются в бюджете, когда государство получает выплаты за акции пропорционально своей доле в компании.

Руководитель Центра анализа стратегии и технологии развития ТЭК Вячеслав Мищенко объяснил «СП», что дивидендная политика в нефтегазовом секторе связана с массой факторов.

— Нефтегазовые компании в последние несколько лет не являются драйвером экономик европейских государств, и их рассматривали исключительно как уходящий сектор с точки зрения «зеленой» повестки и философии. Норвежская государственная компания к концу 2010-х годов даже изменила свое название со Statoil на Equinor (переводятся, соответственно, как «государственная нефть» и «норвежское равенство, равновесие») с учетом новых веяний. Некоторые европейские фирмы поступали аналогично.

Европейские инвесторы и предприниматели в целом полагали, что нефтегазовый сектор должен раствориться во возобновляемых источниках энергии. Но этого по факту не произошло (при этом затраты европейских компаний на проекты по декарбонизации сами по себе конкурируют с выплатами акционерам — «СП»).

Администрация президента США Дональда Трампа, напротив, возвращает нефть и газ в большую игру. Все последние события, которые связаны с Венесуэлой и Ираном, являются достаточно успешной попыткой поставить под контроль Вашингтона нефтяные потоки.

«СП»: Будет ли цена на нефть определяющим фактором для компаний?

— США хотят ограничить пространство для маневра Китая, России, Венесуэлы и Ирана, которые американские власти рассматривают в качестве противоборствующего лагеря.

Администрация Трампа нацелена на уменьшение доходов нетто-экспортеров нефти (Несмотря на рост нефтяной отрасли, США в 2025 году поставляли чуть менее 3,9 млн баррелей в сутки, закупая 6,1 млн баррелей, то есть остались нетто-импортером нефти — «СП») и увеличить зависимость от американских цепочек поставок в ущерб китайской торговле.

В рамках этой большой игры цена на нефть, конечно, важна, но далеко не как единственный фактор, определяющий дивидендную политику. Сама по себе история с нефтяными потоками связана с их доступностью и стабильностью, что носит более стратегический характер, нежели просто коммерческая составляющая.

«СП»: Можно ли спрогнозировать выплату дивидендов российскими нефтегазовыми компаниями?

— Определить это крайне сложно, потому что на решение о выплате дивидендов влияет множество факторов, включая состояние рынка, структуру акционерного капитала, имидж, торгуемость ценных бумаг (способность участвовать их в обороте), и, конечно, геополитический фактор в том числе с антироссийскими санкциями и ограничениями, которые уменьшают прибыльность нефтегазового сектора и каждой компании конкретно.

В любом случае нефтяные потоки будут перераспределяться и дальше, в том числе и российские, которые продолжают уходить в страны Азии. Поэтому важна роль нефти, которую она будет играть в мировом балансе.

Если мы видим постоянные попытки поставить под контроль потоки или ограничить их, то роль каждой нефтегазовой как национальной, так и транснациональной, будет зависеть от тех рисков, которым может подвергнуться бизнес в целом.

Поэтому помимо цены будут важны вопросы доступности ресурсов, возможность их поставки по тому или иному маршруту или на определенный рынок, а также получения прибыли за продажу энергоносителя.