Французская революция: Фурнье-Бодри и Сизерон похоронили мечту Чок и Бейтса, а Гиллес и Пуарье осуществили свою
Лоранс Фурнье-Бодри и Гийом Сизерон выиграли произвольную программу, а с ней и олимпийский турнир в танцах на льду. Начавшие кататься вместе менее года назад француз и канадка всего на 1,43 балла опередили своих главных конкурентов — американцев Мэдисон Чок и Эвана Бейтса. Для партнёра эта победа стала второй подряд после триумфа четырёхлетней давности в Пекине в дуэте с Габриэлой Пападакис. Бронзовыми призёрами Игр впервые в карьере стали канадцы Пайпер Гиллес и Поль Пуарье, а вот Диана Дэвис и Глеб Смолкин заняли лишь 13-е место.
Олимпийские игры — это всегда история про медали. Есть целая категория болельщиков, искренне полагающих, что художественная составляющая в фигурном катании зачастую способна перевешивать результат. Однако, как правило, прокаты «художников» на главных соревнованиях четырёхлетия получаются менее вдохновенными и раскованными, нежели на следующих за ними чемпионатах мира — слишком велико нервное напряжение. Так что, наверное, не стоит лицемерить: миланский танцевальный финал был интересен прежде всего битвой за золотую медаль двух абсолютно равноценных дуэтов — американского и французского.
На протяжении всего сезона складывалось и крепло впечатление, что Международный союз конькобежцев в каких‑то высших своих сферах уже определил в чемпионы Фурнье‑Бодри и Сизерона. За парой‑новоделом стояла уникальная история, способная привлечь гораздо большее внимание к своему виду спорта, нежели байопик о дуэте, который на протяжении четырёх олимпийских циклов шёл к олимпийскому золоту, собирая на этом пути все возможные титулы, кроме главного, и под занавес карьеры всё‑таки получил вожделенную медаль после трёх подряд выигранных чемпионатов мира.
Драма американского дуэта крылась именно в этом — в понимании, что заветная медаль ускользнёт в очередной раз. До начала Игр много говорилось о том, что опередить Сизерона с его новой партнёршей Чок и Бейтс могут лишь в том случае, если выиграют ритм‑танец, обеспечив себе тем самым некий задел в баллах. Ну а в произвольном танце, если повезёт, сумеют этот гандикап удержать.
По ходу командного турнира сценарий представлялся вполне реальным. Американцы выиграли у соперников первый прокат с разницей в 1,08, подарив невероятно сильную надежду собственным болельщикам, но на этом очное противостояние закончилось: Франция не прошла в финальную часть, и Лоранс с Гийомом получили лишний день отдыха. А вот в ритм‑танце личных соревнований французы уже не позволили себя опередить. Если называть вещи своими именами, это означало, что проиграть золото в финале они могут только собственной ошибкой. И, понятное дело, будут стараться её не допустить.
Предпоследняя тренировка дуэта порядком пощекотала нервы болельщикам: опускаясь на лёд с поддержки, партнёрша воткнулась зубцом в лёд и довольно жёстко упала, потянув за собой партнёра. Вроде бы рабочий момент, но как раз он наглядно показал, сколь короткой может оказаться дистанция от триумфа до разбитых вдребезги надежд. И всех снова заштормило.
Интриг второго плана в финале танцевального турнира тоже хватало. Главными неудачниками можно было считать Диану Дэвис и Глеба Смолкина. За последний год пара заметно прогрессировала, но на Играх фигуристам дико не повезло. Сначала в командных соревнованиях, где Грузия не смогла вмешаться в борьбу за медали, имея на это реальный шанс, потом и в личном турнире: по сумме двух выступлений Дэвис и Смолкин уступили 0,01 балла финнам — Юлии Турккиле и Маттиасу Верслуйсу, которых год назад опережали на мировом первенстве.
Сотая — не тот результат, на основании которого можно судить, какой из дуэтов лучше, но в танцах всегда имело значение, какое именно место ты занимаешь на главном старте сезона. По этому показателю фигуристы как бы сравнивают текущий расклад с прошлогодним, и потерять сразу три позиции, как это в итоге вышло у Дианы с Глебом, всегда неприятно. Ведь те же литовцы — Элисон Рид и Саулюс Амбрулявичюс — год назад вообще не сумели пробиться в произвольную на ЧМ, а в этом сезоне стали пятыми в финале Гран‑при, и шестыми на Олимпиаде.
Сильнейшую группу открыли трёхкратные чемпионы Европы Шарлен Гиньяр и Марко Фаббри, и это была ещё одна печальная история Игр. Последнее европейское первенство итальянцы проиграли Фурнье‑Бодри и Сизерону, но опередили британский дуэт — Лайлы Фир и Льюиса Гибсона. А вот в ритм‑танце командного турнира произошла рокировка: по оценкам британцы откатались лучше.
В личном турнире история повторилась, и стало понятно, что личной олимпийской бронзы у итальянцев, скорее всего, не будет даже при идеальном прокате. К тому же выступление таким не получилось: Марко потерял уровень на твиззлах.
Гиньяр и Фаббри возглавили протокол, но в тот самый момент, когда английская пара по всем предварительным раскладам должна была подвинуть хозяев, материализовалось самое большое опасение Лайлы — она сорвала твиззлы. Ошибка оказалась настолько грубой, что дуэт улетел аж на 12‑е место в произвольной.
Олимпийскую бронзу (а с ней и лучшую роль второго плана, если судить по понятиям ледового «Оскара») получили Пайпер Гиллес и Поль Пуарье. Их прокат, как и последующая реакция на оценки, стал квинтэссенцией какой‑то невероятной, выстраданной радости. И очень заслуженной, к тому же: в очереди за признанием канадцы простояли 15 лет, и вряд ли какие‑то другие танцоры удивляли на этом пути сильнее, чем они.
А потом настало время героев. Два совершенно выдающихся проката, в которых оба дуэта в очередной раз превзошли личные рекорды, рождали нечастое для спорта сожаление о том, что невозможно вручить по итогам состязаний два золота — его реально заслуживали как американцы, так и французы. Но оценки на табло оказались чуть выше у Лоранс и Гийома. Незначительный, в общем‑то, перевес в баллах на самом деле выглядел пропастью — как всегда выглядит расстояние от победы до поражения.
Наверное, у Мэдисон Чок не должно было возникнуть повода для расстройства: своё олимпийское золото в Милане она уже завоевала — в составе сборной США; ещё одно в команднике было намыто четыре года назад после пересмотра оценок в Пекине — чем не прекрасное завершение очень яркой карьеры. Но когда на табло появились оценки французской пары и камера выхватила американку, было похоже, что держать лицо ей в эту секунду было значительно сложнее, чем справиться в Милане с четырьмя соревновательными прокатами.