Роскомнадзор 10 февраля объявил о продолжении «последовательных ограничений» Telegram. В организации заявили, что, как и в случае с WhatsApp (принадлежит компании Meta, которая признана экстремистской в России и запрещена), компания-владелец мессенджера отказывается выполнять требования российских законов. С прошлого года в России началась постепенное ограничение работы приложений. В марте 2025 г. компания VK запустила мессенджер Mах, который позиционируется как российский аналог популярных иностранных платформ, в том числе китайской WeChat. «Эксперт» проследил, как WeChat занял лидирующую позицию в цифровом пространстве Китая, объединив функции мессенджера и госуслуг. История WeChat началась в октябре 2010 г. в исследовательском центре корпорации Tencent в Гуанчжоу. Создатель мессенджера Аллен Чжан (Чжан Сяолун) убедил основателя Tencent Пони Ма разрешить небольшой команде, состоящей всего из семи человек, разработать приложение для мобильного общения, которое могло бы конкурировать с набиравшим популярность WhatsApp (принадлежит компании Meta, признана экстремистской в России и запрещена). Первая версия под названием Weixin (с китайского «микро-сообщение») вышла в январе 2011 г., но прорыв случился только через полгода, когда в приложение добавили функцию голосовых сообщений и опцию Shake (встряска для поиска людей рядом). К 2012 г. база пользователей приложения достигла 100 млн человек, а название сменили на международное WeChat. К 2016 г аудитория мессенджера достигла 900 млн пользователей, а к 2026 г. превысила 1,4 млрд. В 2013 году мессенджер запустил платежный сервис WeChat Pay, массовый рывок которого пришелся на 2014-й, когда на Китайский Новый год в приложении запустили виртуальные «красные конверты» (hongbao) — цифровую версию традиции дарить деньги. Механика оказалась вирусной, такие «конверты» жители Китая рассылали в чатах и группах. За один праздник пользователи переслали друг другу миллиарды виртуальных юаней, привязав свои банковские карты к мессенджеру. Так WeChat начал превращаться в экосистему. К 2015 году объем транзакций с красными конвертами в WeChat достиг 1 млрд юаней, сообщал Forbes. После триумфа с красными конвертами WeChat начал укреплять свою роль в цифровом пространстве страны. WeChat сегодня является не только соцсетью и мессенджером, но и платформой для онлайн-платежей в большинстве китайских магазинов, заказа доставки еды, аренды велосипедов в прокате, оплаты такси и многого другого. В 2015 г. мессенджер запустил сервис City Services, через который стало возможно записываться к врачам, оплачивать штрафы и получать другие госуслуги с помощью digital ID. Он приравнен к настоящему паспорту. В 2017 году WeChat создал так называемые Mini Programs — мини-приложения внутри мессенджера, которые не требуют отдельной установки. По сути, это облачные сервисы, встроенные в саму платформу, где пользователь может прямо в приложении заказать такси, купить продукты, оплатить коммунальные услуги или арендовать велосипед — без перехода в сторонние программы. Этот шаг окончательно закрепил за WeChat статус «супераппа». По данным аналитических платформ, более 900 млн человек регулярно пользуются встроенными сервисами WeChat. Так сформировалась модель так называемого walled garden — «закрытого сада», где пользователь получает практически весь набор цифровых услуг, не выходя за пределы одной платформы. WeChat запустили в Китае в условиях запрета на иностранные соцсети и поисковые системы, в том числе Google, Twitter, YouTube и Facebook (принадлежит компании Meta, признана экстремистской в России и запрещена), введенный официальным Пекином. В Китае действует система фильтрации внешнего трафика («Великий файрвол» — государственная система интернет‑фильтрации, которая мониторит и ограничивает доступ к зарубежным сайтам и сервисам, блокируя нежелательный контент и трафик внутри страны), а иностранные мессенджеры постепенно ограничивались или удалялись из национальных магазинов приложений. Это создало условия, при которых национальные платформы в Китае стали доминирующими инфраструктурными сервисами. Bloomberg отмечает, что решающим фактором в китайском случае была не только регуляторная среда, но и функциональная глубина платформы: отказ от WeChat стал практически невозможен из-за его интеграции в повседневную жизнь. У китайской модели есть и оборотная сторона. Концентрация почти всей цифровой активности в одном приложении делает пользователя уязвимым: блокировка аккаунта фактически означает потерю доступа к платежам, коммуникации и ряду госуслуг. По словам президента России Владимира Путина, государство делает ставку на создание национальных платформ, объединяющих коммуникацию, платежи и государственные сервисы, что невозможно через иностранные приложения. В этой логике запуск мессенджера Max можно рассматривать как один из элементов попытки предложить альтернативу зарубежным мессенджерам. В то же время российский рынок остается более открытым по сравнению с китайским: иностранные сервисы продолжают работать, а ограничения носят точечный характер и привязаны к исполнению законодательства. В стремлении к технологической независимости важно не просто создавать и внедрять аналоги, отмечалось в докладе РАН. Устойчивость цифровой экосистемы во многом определяется не ограничениями на другие сервисы, а доверием пользователей и удобством своих разработок. «Последовательные действия по ужесточению контроля выращивают общество, в котором одни отказываются от ответственности и уползают в маленький уютный коридор, другие тратят силы на сопротивление и обходные тропы, третьи уходят, забирая с собой инициативу. С этой точки зрения влияние нынешних решений РКН на умы россиян выглядит даже более серьезным, чем на протоколы», — говорил представитель уполномоченного по защите прав предпринимателей при президенте РФ в сфере интернета Дмитрий Мариничев. В свою очередь замглавы администрации президента России Максим Орешкин отмечал, что цифровые платформы уже формируют новую экономическую реальность, однако монополизация рынков «у платформ в ДНК», и их устойчивость зависит от способности конкурировать и функционально интегрировать сервисы, а не только от административной поддержки. Так что пока Россия находится в переходном состоянии — между «базовым» и «продвинутым» суверенитетом, заявлял директор центра «Цифровая школа государственного управления» Высшей школы государственного управления РАНХиГС Феликс Гадзаов. Создание в России национальной платформы, которая объединит возможности мессенджера и функции госсервисов, предусмотрено в законопроекте, внесенном в Госдуму в конце мая 2025 г. «Сервис позволит не использовать бумажные документы, а удостоверять личность при помощи цифрового ID — как виртуальные дисконтные карты, к которым мы все привыкли», — говорил один из авторов поправок депутат Госдумы Сергей Боярский. Владимир Путин летом 2025 г. поручил внедрить в российский мессенджер государственные и финансовые услуги. Число пользователей Mах в январе 2026 г. достигло 85 млн. Суточный охват платформы превысил 55 млн активных пользователей. Светлана Правдина
