Беженцы, просящие убежища в Дании, все чаще посещают лютеранские церкви, чтобы перейти в христианство, пишет La Tribune de Genève. По данным организации помощи беженцам-христианам Folkekirkens Asylsamarbejde, как минимум 100 иранцев приняли крещение с конца прошлого года, и еще 250-300 претендентов на убежище (в основном иранцев и афганцев) проходят курс подготовки к крещению. "Растущее влечение мусульман к христианству, возможно, объясняется тем фактом, что комиссия по делам беженцев в прошлом году пересмотрела 55 случаев отказа в предоставлении убежища и в итоге предоставила убежище 42 беженцам, принявшим христианство и опасающимся преследований в случае экстрадиции в свои страны", - пишет корреспондент Слим Аллаги. Такой всплеск обращений в христианство беспокоит министра образования и Церкви Бертеля Хардера, который обратился к духовенству с просьбой подождать с крещением до рассмотрения заявок на предоставление убежища. "Наше обращение искреннее, пусть даже власти в этом сомневаются, - говорит 48-летняя иранка Можган, единственная из своей семьи принявшая христианство. - Я себя не идентифицировала с исламом, где люди боятся Бога, тогда как в христианстве они учатся любить". Будучи крещена, она уже три года ждет ответа миграционных властей. "Следователи говорят, что я лгу. Но я храню свою веру", - заверяет она. Пастор Андреас Расмуссен уверяет, что "большинство из тех, кто хочет обратиться, искренни; они регулярно ходят в церковь и активно участвуют в курсе подготовки к крещению". "Долгий процесс подготовки к крещению отпугивает мнимых обращенных, - утверждает он. - Обращение не гарантирует получения убежища". Новообращенные беженцы сталкиваются не только с подозрительным отношением следователей. Некоторые из них подвергаются преследованиям, психологическому и физическому насилию со стороны других мусульман в центрах для беженцев, рассказали изданию пасторы одной из копенгагенских церквей. 19-летний афганец Мумтаз, уже 5 лет ждущий ответа на запрос о предоставлении убежища, признается, что после крещения подвергся преследованиям. "Возвращение в Афганистан для меня равносильно смерти", - говорит он.
