Мечта, рождённая у крымских берегов: неизвестная история создания «Алых парусов»
120 лет назад был опубликован первый рассказ Александра Грина. Но визитной карточкой писателя стала феерия «Алые паруса».
Произведение, которое можно смело назвать одним из самых жизнеутверждающих в отечественной литературе, родилось на жестоком переломе эпох.
Тоска о свободе
К 23 годам Александр в поисках счастья изрядно поблуждал по свету. Ни моряка, ни золото-искателя, ни солдата из него не получилось... Однако молодого бунтаря заприметили социалисты-революционеры. В начале XX века эсеры стали крупнейшей политической партией в России и продолжали расширять сферы влияния. Руководство приняло решение внедрить харизматичного Гриневского в армейскую среду и направило его в Севастополь. Здесь Студент, он же Долговязый, попал в поле зрения жандармов и осенью 1903 года был арестован.
Неволя оказалась для будущего писателя худшей из невзгод. «Тоска о свободе достигала силы душевного расстройства» и ночами находила выход в сновидениях, где он парил над Севастополем, а днём сны превращались в прозаические и стихотворные наброски, благо ему разрешали пользоваться карандашом и бумагой.
Долгожданную свободу дала революция 1905 года. А много позже Нина Николаевна Грин отметила: «Он говорил, что красота и своеобразие Севастополя во-шли в него настолько, что послужили прообразом Зурбагана и Лисса». И ещё запомнилась музе неистового мечтателя «бухта, где сновали суда с белыми, жёлтыми, розовыми парусами».
Вижу берег очарованный
Алый парус впервые вспыхнул в сознании творца легенды в конце 1917 года. Вглядываясь в «даль свободного романа», автор фиксирует впечатление, которое произвёл на него игрушечный кораблик в витрине магазина. Благодаря необъяснимому «солнечному эффекту» он увидел «парус красным, почти алым».
В первоначальном замысле повесть называлась «Красные паруса», а действие происходило в Петрограде, объятом пожаром революции. Но жёсткие идеологические детали напрочь разрушали идею, и в конце концов ветрила обрели алый цвет. Он олицетворял «яркое ликование», а заснеженный «город, покинутый жизнью и солнцем», превратился в рыбацкую деревушку Каперну на берегу тёплого моря. Солнечный мотив зазвучал и в имени главной героини: «Ассоль» созвучно испанскому al sol, что означает «к солнцу».
Между тем тучи Гражданской войны всё сильнее сгущались над головой писателя: его мобилизовали в Красную армию. Суровый быт не располагал к творчеству. Но в солдатском сидоре рядовой Гриневский бережно хранил листочки с набросками феерии: «Близость её согревала мою душу, словно паутинкой связи с миром мечты».
Отшельник и нелюдим
Служба в армии завершилась сыпным тифом, после чего Гриневского комиссовали. Он снова был свободен – от денег, от дома, от творчества. С мыслями о еде бродил по обледенелому Петрограду и искал ночлега у полузнакомых людей.
Руку помощи протянул Максим Горький. «Добрый гений» поспособствовал получению продуктового пайка и обеспечил комнатку в Доме искусств (попросту говоря, общежитии), где переживали тяжкие времена плохо приспособленные к условиям военного коммунизма писатели, художники, музыканты. «Беллетрист Грин» с лицом, «исцарапанным жизнью», казался им мрачным отшельником. С утра он садился за стол и трудился яростно, ожесточённо. Вскакивал, нервно ходил по комнате, чтобы согреться, растирал закоченевшие пальцы и возвращался к рукописи.
В конце 1920 года собратья по перу были несказанно удивлены, прочитав объявление, приглашавшее послушать в авторском исполнении повесть «о капитане и девочке». «Алые паруса» везли груз надежды в завтрашний день», – отмечает участник премьеры.
Ей дано больше других
Обладатель «странной летящей души» Артур Грэй и Ассоль, «живое стихотворение», нашли друг друга. Сказка о людях, без-оглядно веривших в мечту, стала реальностью: Грин встретил любовь, о которой грезил с юности.
Он познакомился с Ниной в редакции одной из петроградских газет. Ей запомнились глаза Александра, имевшие «чистое, серьёзное и твёрдое выражение, а когда он задумывался, становились как коричневый бархат», и «хорошее, доверчивое рукопожатие».
За спиной у каждого висел нелёгкий груз былого: она молодая вдова, он хронический неудачник. Но любовь творит чудеса: измочаленный судьбой человек обрёл не только жену, но и верного соратника, придирчивого читателя. А вскоре увидела свет книга, знаменующая новый виток бытия. На титульной странице «Алых парусов» появилась надпись: «Нине Николаевне Грин подносит и посвящает автор».
– Волшебство феерии сливается с чёткостью жизненных образов, – благодушествует критик. – Издана книжка любовно, цена недорогая.
Начался недолгий, к сожалению, взлёт творчества «нужного фантазёра».
Смысл иного порядка
Мир, созданный «полезным сказочником», оказался непохожим на социалистическое строительство. «Александр Степанович, дайте что-то на темы дня», –требовали редакторы. «А он на темы дня не мог, – позже напишет Нина. – Только на темы души».
В феврале 1941 года «Литературная газета» опубликовала статью «Корабль без флага». Писателя, к тому времени уже девять лет как умершего, обвиняли в бегстве от советской действительности: «Корабль Грина отплыл от берегов своей Родины и держит путь в никуда».
Но когда грянула Великая Отечественная, наша страна, все силы которой были направлены только на борьбу с врагом, нашла возможность убедительно продемонстрировать веру в победу исключительно художественными средствами.
30 декабря 1942 года, когда у стен Сталинграда решалась судьба Отечества, на сцене Дворца культуры города Куйбышева (Самары) состоялась премьера балета «Алые паруса» в постановке Государственного академического Большого театра.
А 5 декабря 1943 года феерии рукоплескала Москва, куда вернулся главный театр страны из эвакуации.
«Оборонная и боевая книга» – такое определение дал «Алым парусам» Константин Паустовский. Он считал Грина своим учителем и написал предисловие к повести, вышедшей в 1944 году в специализированном Военно-морском издательстве под рубрикой «Библиотека краснофлотца». Большую часть тиража отправили на боевые корабли и базы флота, где книга заняла место в строю – вместе с уставами и наставлениями.
Во время блокады Ленинграда для людей, уже потерявших силы и неспособных выйти из дома, единственной связью с миром было радио. В 1943 году актриса Нина Чернявская читала по радио «Алые паруса», и несломленные ленинградцы плакали, слушая вселяющую надежду поэму в прозе. А в апреле 1945 года, когда жизнь в городе стала налаживаться, сотни слушателей собрались в зале филармонии, чтобы вживую насладиться литературно-музыкальной композицией по сказке-феерии Грина в исполнении любимой артистки, чей голос олицетворял победу над голодом и холодом.
Чудеса своими руками
Возвращение Грина к читателю началось в конце 50-х годов. В Советском Союзе наступила политическая «оттепель», общество ощутило потребность в символах новой эпохи. И фильм «Алые паруса» пришёлся очень кстати.
Бархатной осенью 1961 года отдыхающие и жители посёлка Планерское (так в прежнее время назывался Коктебель) увидели фантастическое зрелище: точка на горизонте очень скоро превратилась в белый корабль, увенчанный алыми парусами. На их пошив ушло огромное количество искусственного шёлка, из которого в СССР изготавливали пионерские галстуки.
Вскоре приехали киношники с громоздким скарбом. Окрестности посёлка, в ту пору ещё пустынные, стали натурными декорациями для киновоплощения сказки. По берегу Тихой бухты металась Ассоль, а у дверей таверны задумчиво покуривал трубку Лонгрен.
Мало кто знает, что Василий Лановой, исполнитель роли Грэя, воплотил фантастическую историю не только на экране, но и в жизни. Следуя заветам Александра Грина, он решил совершить чудо для своей жены. На корабле взметнулись алые паруса, и он бросил якорь в виду Ялты, к радости супруги и многочисленных курортников.
Иван КОВАЛЕНКО