Андрей Песоцкий, Трудовое право для туземцев
До сих пор принято считать, что в начале 90-х в России предпринималась попытка создать успешную рыночную экономику как на Западе. Между тем, шок и трепет того лихого времени – это не трагичный провал верных концепций светлого будущего, а логичная реализация построения периферийной экономической системы страны третьего мира, созданной при Ельцине и сохранившейся до наших дней, несмотря на победный грохот маршей.
Есть в мире такая структура – Международная организация труда (МОТ). Создана она была в Европе после Октябрьской революции как ответ на рост мирового рабочего движения, когда европейские элиты справедливо испугались повторения в своих странах ленинского сценария, поэтому решили заняться повышением уровня жизни бедняков.
В сфере интересов МОТ разработка единых мировых стандартов в вопросах продолжительности рабочего дня, помощи безработным, решении социально-трудовых споров и т.д. Основной законодательный инструмент МОТ – конвенции, которые после принятия этой организацией ратифицируются странами-участницами. Всего конвенций более двух сотен, например, “Конвенция 1947 года об инспекции труда на территориях вне метрополии”, “Конвенция 1936 года об оплачиваемых отпусках”, “Конвенция 1982 года о сохранении прав в области социального обеспечения”.
В Советском Союзе смотрели на МОТ скептически, полагая, что первое в мире государство рабочих и крестьян лучше разберется, как жить и работать пролетариату, чем трудовики-западники. Формально СССР все же вошел в Международную организацию труда, однако ратифицировал менее половины конвенций МОТ.
В 1985 году наступила перестройка. Казалось бы, просвещенные реформаторы должны активно заняться приведением советского трудового права к единому мировому стандарту, принятому в цивилизованных странах, но не тут-то было. Если в 1965-1974 наша страна ратифицировала 9 конвенций из 18, в 1975-1984 – 8 из 19, то в лихие годы перестройки и рождения ельцинской демократии (1985-1994) всего лишь 2 из 16! Получается, что наши доморощенные архитекторы свободного рынка не только разрушили советские достижения в трудовом праве, завоеванные стачками и забастовками начала XX века, но откатились назад от уровня восхваляемых ими западных стран. Остается догадываться, то ли либералы читали не те учебники по экономике, то ли умышленно насаждали мракобесие.
Перестроечные и постперестроечные реформаторы убеждали нас, что Запад – это свобода, гласность, демократия, упуская при этом из вида, что Запад – это еще и серьезные социальные гарантии, сильное трудовое законодательство, участие работников в управлении корпорациями.
В то время как США и Европа активно изучала советский опыт, адаптируя его сильные стороны к реальности рыночной экономики, в трещащем по швам СССР реформаторы убеждали, что социализм и плановая экономика – это дремучая архаика (по мере разрушения Союза эта точно зрения выражалась все более навязчиво открыто).
Ельцин, Чубайс и Гайдар думали, что строят модернистское западное государство, но на самом деле они строили не современный Запад, а капитализм образца начала XX века с такими отличительными чертами как неразвитое трудовое законодательство, задавленные профсоюзы, всесилие надменной олигархии, кредитная кабала. В то время, как европейцы и американцы формировали для себя более-менее сытое и комфортное общество, для России через своих проводников они предлагали откровенно устаревшую модель, в 90-е годы более пригодную для колониальной банановой республики, из которой надо выжимать все соки, не утруждая себя лишними издержками на поддержание приемлемого уровня жизни туземцев.
Смешно сказать, но пока гайдаро-чубайсы видели соль земли в рыночной стихии, Запад активно использовал методы госрегулирования, применяя элементы плановой экономики. Пока россиянские реформаторы видели ключевой фактор развитии в неограниченной бизнес-активности, Запад активно бил по злоупотреблениям со стороны бизнеса – например, через систему стейкходеров (вовлекая в управление предприятием муниципальные власти, общественные организации, трудовой коллектив).
Когда россияне жалуются на диктат работодателей, низкие зарплаты, плохие условия работы, скудные социальные гарантии, невозможность отстоять свои интересы перед начальником, то следует вспомнить, какая именно модель капитализма были привита в начале 90-х и с небольшими трансформациями существует до сих пор. О чем может быть разговор, если в книжном магазине можно найти пару десятков книг на тему “Как открыть свой бизнес” (как будто все поголовно должны открывать свое дело) но ни одной “Как создать профсоюз”.