Халимат Текеева, Год назад в мою жизнь ворвалось безумие

Ровно год назад мне позвонил журналист с вопросом, меняется что-то в ситуации с Марко Вебером и Сини Саарела. Они в тот момент уже сутки были на корабле ФСБ после акции на "Приразломной". Мы требовали их освобождения. "Нет, ничего не меняется", - ответила я. Думала, скоро пойду домой, раз ничего не происходит. Через 10 минут начался захват Arctic Sunrise.

Это было настоящим безумием. Людей тащили в непонятном направлении, потом повернули на Мурманск. Я на работу приходила к десяти утра, уходила в полночь. Постоянно. Из СМИ на нас лились потоки грязи и лжи, в этом приняли участие и некоторые бывшие однокурсники, родители боялись за меня и одновременно не могли понять, верить мне или телевизору.

Я общалась одновременно с датскими, французскими, итальянскими журналистами и со страхом думала, что австралийские проснутся, когда я буду спать.

Андрею я написала один раз, не думала, что так тяжело будет писать в тюрьму человеку, которого я хорошо знаю. Другу.

Кресты для меня теперь не просто тюрьма, это место, у которого я ждала наших активистов. Да и в Питер я впервые попала именно по работе и arctic30. Замечательный у меня был форксквер:"калининский суд-приморский суд-СИЗО n5-СИЗО n1", о да.

Когда вышли ребята, это были одни из самых радостных дней. Я расплакалась, когда обняла Андрея (и тут же нас кто-то сфотографировал), смеялась, когда Рома одновременно говорил в два телефона. И все остались верны идее.

Дом, где жили после освобождения наши активисты, казалось, был готов искриться счастьем.

Это были самые странные три месяца. Но я знаю, они долго будут влиять на всю мою и Гринпис жизнь. Отчетливо я поняла это, когда уже в августе услышала от близкого родственника больное "Американская шпионка!", резанувшее по сердцу. Сказанное на полном серьезе.

Долго это будет аукаться организации, некоторые из ключевых сотрудников которой даже не знают английского.