Блог Йода, «Я каждый день получаю угрозы и оскорбления»
Роскомнадзор обвиняет Елену Климову, создателя проекта помощи ЛГБТ-подросткам «Дети-404», в пропаганде гомосексуализма среди несовершеннолетних.
На своей странице в Facebook Роскомнадзор утверждает, что «именно недостаток специальных знаний не позволяет Елене Климовой при реализации общественного проекта оставаться в рамках закона. Но незнание, как известно, не освобождает от ответственности». Елена Климова рассказала Йоду, как вопринимает упреки Роскомнадзора в недостатке воспитательных навыков и что она будет делать, если проект «Дети-404» запретят.
— Что вы думаете по поводу обвинений Роскомнадзора?
— Сейчас я занимаюсь тем, что пытаюсь отговорить подростков-участников нашей группы выходить на улицы в мою защиту. Получаю много писем с выражением поддержки. Дети пишут, «ты помогла нам — мы поможем тебе и пойдем на пикеты к зданиям Роскомнадзора и Мосгорсуда». Я отвечаю, что на митинги в защиту нашего проекта выходить не надо. Я не хочу, чтобы подростки подставляли себя под удар из-за действий чиновников.
— Вас, насколько мне известно, уже не первый раз пытаются привлечь к административной ответственности за проект «Дети-404».
— В феврале в суде по моему месту жительства в Нижнем Тагиле уже было судебное заседание. Тогда в пропаганде гомосексуализма нас обвинял Виталий Милонов, суд вынес решение в нашу пользу. Теперь придется отбиваться снова. Мне не привыкать: за последний год я уже дважды давала показания полиции по поводу своей общественной деятельности. Первый раз полицейский долго и с интересом расспрашивал о моей деятельности. Потом заявил, что если бы его сын оказался гомосексуалом, то он бы огорчился, но постарался понять. Второй раз полицейские пришли ко мне домой и долго интересовались, есть ли на нашем сайте фотографии голых детей. Они, видимо, решили, что пропаганда гомосексуализма — это публикация изображения голых детей и признались, что вообще не знают, по каким критериям определять пропаганду гомосексуализма. Один из сотрудников полиции мне так и сказал, что не видит в действиях нашей группы ничего противоправного. «Там же не написано, становитесь все геями, значит, состава преступления нет», — логично рассуждал полицейский. И добавил, что он работает в убойном отделе и ему кажется бессмысленным вообще тратить время на наш проект. Надо сказать, что полиция вела себя по отношению ко мне прилично: оскорблений или гомофобных высказываний я от них не слышала.
— Вы известный в Нижнем Тагиле ЛГБТ-активист. Часто приходится сталкиваться с угрозами и преследованиями в родном городе?
— Преследовали меня только один раз. После того, как на местном ТВ обо мне сняли сюжет, в торговом центре меня узнала группа гопников. Они шли за мной следом, улюлюкали и угрожали. Мне пришлось скрываться, добираться до дома в обход. А в интернете я каждый день получаю угрозы и оскорбления в свой адрес.
— Какие из них вас задели сильнее всего?
— Никакие. Я не реагирую на оскорбления интернет-пользователей. То, что они пишут — скучная и однотипная ерунда хомячков, которые даже не пытаются серьезно задумываться о чем-то. Каждый второй сообщает, что мы едим госдеповские печеньки и запиваем их кровью, каждый третий — что до возникновения нашего проекта гомосексуализма в России не было. И прочие глупости. Меня задели слова Роскомнадзора, что такой дилетант, как я, не имеет права помогать детям. А кто им будет помогать? Милонов с Мизулиной? Одиозная помощница Павла Астахова Анна Левченко, которая разместила в своем сообществе фотографию моей девушки и меня, и написала, что мы больные животные? Покажите мне компетентных психологов и педагогов, к которым я могу отправить детей за помощью? Страшнее всего не суды и оскорбления, а письма от подростков, которые не хотят дальше жить. Так и пишут: решил совершить суицид, сил бороться больше нет. Самое жуткое, когда после такого письма ребенок пропадает и больше не отвечает на мои сообщения. А я думаю, жив он еще или нет... Кто может помочь таким детям? ЛГБТ-сообщество, которое пока кое-как держится, старается подростков к себе не пускать, по причине закона о пропаганде. Несовершеннолетним не разрешают участвовать в акциях ЛГБТ, как бы чего не вышло.
— С какими проблемами к вам чаще всего обращаются подростки ?
— Их больше всего волнует усиление агрессии в обществе по отношению к ЛГБТ. Ребята рассказывают, как им было жутко, когда их родители во время «Евровидения-2014» кричали, что Кончите Вурст нужно вогнать в сердце осиновый кол. Сегодня подросток рассказал мне, какие фразы ежедневно слышит от своей матери. «Лучше бы у меня не было сына», «Некоторые взятки дают, а ты в жопу даешь», «Ты — дно, ты не сможешь окончить даже школу». Я бы от таких слов сошла с ума, а он говорит, что не собирается разрушать свою жизнь, скоро уедет от матери и готов бороться за свою жизнь и своё счастье.
Почти всех детей, которые мне пишут, пугает гомофобная истерия, которая нагнетается в обществе. Количество людей, которые негативно относятся к ЛГБТ, растет с каждым годом. Об этом свидетельствуют опросы Левады-центра, например.
— Как относились к вашей сексуальной ориентации ваши родители, когда вы были подростком?
— Я осознала свою бисексуальность в 18 лет. До этого меня интересовала только учеба, и у мамы со мной не было никаких проблем. Год назад я рассказала маме, что состою в отношениях с девушкой. Мама ответила, что ничего об этой стороне моей жизни знать не хочет. Парадоксально, но мама активно интересуется моей общественной работой в проекте «Дети-404». Она поддерживает меня и помогает во всем.
— Вы сталкивались с дискриминацией по признаку сексуальной ориентации на работе?
— Меня уволили из вуза, где я работала редактором газеты. Прямо не говорили, что причина — в моей сексуальности, но намекали очень толсто на это. Я была в ярости, но так как я должна была в этом же вузе получать диплом, не стала скандалить. Видимо, психологическая травма, которую я тогда получила, сделала меня правозащитником. Сейчас я работаю редактором и корректором удаленно и никаких проблем с работодателями у меня нет.
— Как развивался проект «Дети-404»?
— Полтора года назад для статьи о законе против пропаганды гомосексуализма я сделала несколько интервью с подростками ЛГБТ. После того, как текст вышел, одна девочка написала, что хотела покончить с собой, но после моей публикации передумала. И я поняла, что надо превратить эту историю в проект. Сейчас у меня в папке больше двух тысяч писем от подростков. Мы потихоньку создаем сетевое сообщество психологов, которые могут помочь детям ЛГБТ, к нам присоединяются юристы. Мы хотим создать вольное сетевое сообщество, но наша организация — в самом начале становления. Не хватает волонтеров, совсем нет финансирования.
— Что вы будете делать если ваш проект закроют?
— Пока собираются закрыть только нашу группу в Вконтакте. Если это произойдет, будем работать дальше. Как известно, есть способы обойти блокировку сайтов в России.
— Вы не планируете уехать из России? Например, в дружественную к ЛГБТ Барселону?
— Никогда. Дети, которым мы помогаем, живут в России, и будет подлостью с моей стороны вести наше сообщество из толерантной и солнечной Барселоны. Я останусь в моей стране, где живут наши дети-404.
Дарина Шевченко
Читайте нас в Твиттере, ВКонтакте, Фесбуке