В Астрахани таможня завела уголовное дело за посылку с антидепрессантом
Калиновская продолжительное время страдала от депрессивного расстройства личности и также подозревала у себя наличие синдрома дефицита внимания (СДВГ). Ее знакомый из Норвегии, который тоже страдает от СДВГ, рекомендовал ей использовать бупропион. Его Калиновская, которая жила в Украине, несколько раз заказывала в Индии.
В 2017 году Калиновская с семьей переехала в Волгоград, чтобы ухаживать за престарелой матерью. В декабре 2019 года она получила извещение о посылке из Индии. В почтовом отделении ее задержали — в посылке обнаружили 300 таблеток бупропиона. По словам Калиновской, таблетки заказала не она, а знакомый из Норвегии, который отправил ей препарат без предупреждения.
В контрабанде наркотиков при заказе бупропиона уже обвиняли Дарью Беляеву из Екатеринбурга. В 2019 году она купила пачку антидепрессанта «Элонтрил», который содержит бупропион. У Беляевой диагностировали шизотипическое расстройство личности, и ее врач-психиатр рассказала о бупропионе, который Беляева заказала из Польши. Дополнительная психиатрическая экспертиза признала Беляеву невменяемой. Если суд признает ее виновной, то ей назначат принудительное амбулаторное лечение.
Таможня посчитала бупропион наркотическим веществом, которое запрещено ввозить в Россию, так как он является производным от эфедрона. Формулировка о «производных наркотических средствах» появилась в российском законодательстве в 2012 году, когда власти боролись со «спайсами»: тогда производители постоянно изменяли химическую формулу наркотика, чтобы продавать его легально.
Российское общество психиатров в августе 2019 года опубликовало заявление, в котором говорится, что бупропион не является наркотическим средством и не вызывает зависимость. По словам правового консультанта по делам, связанным с наркотиками, Арсения Левинсона, ни в одном нормативно-правовом акте бупропион не указывается как наркотическое средство.
Во многих странах бупропион зарегистрирован как антидепрессант и используется при разных формах депрессии, никотиновой зависимости, СДВГ и биполярном расстройстве. До 2016 года он находился в списке легальных лекарственных препаратов, но затем компания-производитель ушла с российского рынка и отозвала лицензию.