Улететь или пролететь? Почему в авиацию пришел овербукинг и как от него защититься

Авиационный "перегруз" стал результатом западных санкций, но запрещать его смысла не имеет

Участившиеся в последние месяцы случаи отказа авиапассажирам в посадке на самолет из-за овербукинга выявили ощутимые бреши в российском законодательстве. При этом случаи, когда за пострадавших граждан вступаются органы прокуратуры, пока не редки – формально такой прием загрузки рейсов не нарушает законодательство. Если за рубежом к "перепродаже" билетов система авиаперевозок приспосабливалась десятилетиями, то в нашей стране вопрос приходится решать в срочном порядке. Подробности – в материале amic.ru.

От претензий отказались

О случаях овербукинга, когда на рейсы билетов продается больше, чем количество посадочных мест, пресса стала активно писать в последние месяцы. Большой резонанс вызвала история 9 сентября, когда больше пяти барнаульцев, купивших билеты на рейс Новосибирск - Санкт-Петербург не смогли улететь из-за того, что им не хватило мест в самолете.

А 15 сентября на борт самолета утреннего рейса S7 5003 Новосибирск – Санкт-Петербург из новосибирского аэропорта Толмачево не смогли вылететь около 30 пассажиров. Причина та же – овербукинг.

В конце июля в Толмачево на рейс до Владивостока не смогли попасть шесть человек, в том числе журналист "Комсомольской правды", хотя пришли одни из первых.

На регистрации людей попросили подождать, якобы произошел "сбой в системе". Судя по всему, в авиакомпании рассчитывали, что кто-то из ранее купивших билет не явится. Однако расчеты не оправдались: пришли все. После этого шестерым предложили переоформить билет на другую дату – ближайший рейс оказался только через сутки. Выдали талоны на питание, ваучеры на семь тысяч рублей и взяли письменный отказ от претензий.

Информации о санкциях в отношении авиакомпаний, чьи пассажиры не смогли улететь по причине "перегруза", пока немного. Так, Западно-Сибирская транспортная прокуратура составила протокол о повторном нарушении требований к оказанию услуг (ч. 2 ст. 14.4 КоАП) в отношении авиакомпании S7 и наложила штраф в размере 30 тысяч рублей.

Поводом стал майский инцидент, когда семь пассажиров не смогли попасть на рейс Новосибирск – Сургут.

Овербукинг вошел в нашу жизнь, пожалуй, с появлением частных авиакомпаний, однако наиболее ярко проблема стала проявляться в последние годы, значимость загрузки авиарейса выросла из-за сложной ситуации в отрасли, считает председатель Общероссийского объединения пассажиров Илья Зотов:

«Сейчас по факту продается больше билетов, чем есть мест на борту. Берется в расчет момент, что не все пассажиры придут на борт и далее могут обратиться в компанию за возвратом средств. Полагают, что такой механизм загрузки рейсов, среди прочего, позволяет сдерживать рост цен на билеты».

Авиабилеты как деньги

Родоначальниками овербукинга стали американские авиакомпании в 1950-е годы. Тогда пассажиры могли без ограничений сдавать билеты как до, так и после вылета самолета, при этом не подвергаясь штрафным санкциям. Этот подход придавал авиабилету свойства денег: его можно было предъявить как для получения услуги (авиаперевозки), так и получения соответствующей суммы.

Такой подход вызывал понятные проблемы – в 1950-1960-е годы около 10% пассажиров не являлись на рейсы, предъявляя билеты для возврата денег. Компании терпели убытки, и для их сокращения авиапредприятия стали продавать на рейсы примерно на 10% больше билетов, чем количество посадочных мест. Эта стратегия получила в 1960-е название Overbooking, в переводе с английского "сверхбронирование", "перепродажа".

Но если пассажирам, купившим билеты, не хватало мест, действовали компенсации: отправка следующим рейсом, питание, проживание, денежные затраты, понесенные пассажирами в результате ожидания, и пр. Каждый раз размер компенсаций был приличен, однако общее число пассажиров не улетевших вовремя было невелико – примерно семь-восемь на десять тысяч человек, улетевших благополучно и вовремя. Эта ситуация, когда пассажир получает предусмотренную правовыми нормами компенсацию, стали называть involuntary denied boarding ("принудительный отказ от посадки").

В 1970-е годы этот подход изменили в соответствии с новыми правилами рыночной экономики. С одной стороны, был предусмотрен обязательный диалог представителя авиакомпании и пострадавших, которым должны были предложить полет следующим рейсом и (или) денежные выплаты. В случае согласия пассажиров и подписания соответствующих документов ситуация квалифицировалась как voluntary denied boarding ("добровольный отказ от посадки"), а выплаты, которые она предусматривала, были значительно меньше, чем в "принудительном варианте". Это был шаг навстречу авиакомпаниям.

Для пассажиров это тоже было хорошо - привело к уменьшению числа принудительных отказов – согласно исследованиям, они составляли 0,7-0,8 случая на 10 000.

Лететь или продать время?

В период СССР об овербукинге не было и речи – "лишние" билеты на рейс в условиях плановой экономики могли продать только ошибке, либо в результате использования криминальных схем (что в авиаперевозках было слишком большой редкостью). В любом случае виновным грозило жесткое наказание - в зависимости от причин и масштабов случившегося.

В российской авиационной отрасли также длительное время действовали фактически советские правила, поэтому с овербукингом российские пассажиры почти не сталкивались.

В феврале 2021 года, когда стали проявляться первые последствия западных санкций 2010-х годов, компании стали более трепетно относиться к заполняемости рейсов. "Аэрофлот" даже предложил новый тариф, позволяющий перевозчику пересаживать пассажиров на более поздние или ранние рейсы фактически без согласия пассажира.

На самом деле российские авиаперевозчики частенько прибегали к овербукингу, уверен авиаэксперт, главный редактор портала FrequentFlyers Илья Шатилин.

«Отсутствие правовой базы позволяло маскировать коммерческий овербукинг под технический даже теми авиакомпаниями, которые публично громко заявляли о том, что они якобы такое не практикуют. Ведь его смысл не в том, чтобы кого-то не посадить на рейс, а увеличить загрузку кресел и, как следствие, эффективность перевозки. Случаи отказов в посадке на самом деле единичны и все же не являются массовой проблемой», - рассказал он amic.ru.

За рубежом проблема решена элегантно за счет обязательных компенсаций пассажирам. Однако форма компенсации не регламентируется, замечает Илья Шатилин:

«Это позволяет перевозчикам искать среди пассажиров добровольцев, готовых улететь одним из следующих рейсов в обмен на компенсацию – чаще всего летят те, кому важен конкретный рейс, остальные продадут своё время за компенсацию. Причём возмещение может быть условно-бесплатным - например, в виде ваучера на бесплатный перелёт в будущем (что-то типа бонусных миль), то есть, не выплачиваться живыми деньгами. В России же отказывают в посадке без компенсации, что вызывает недовольство».

Запретить или компенсировать?

Российские законодатели озаботились проблемой овербукинга и в октябре Госдума может рассмотреть законопроект о его запрете, сообщил РИА Новости один из авторов инициативы депутат Владимир Кошелев (фракция ЛДПР).

Илья Зотов не видит смысла в запрете, считая более важным решение вопроса о компенсациях:

«Более того, важно информировать людей и овербукинг может быть только по согласию пассажира. Авиакомпания предлагает полететь пассажиру на пару часов позже, но выплатив достойную компенсацию сразу. На рейсе есть такие люди, кто согласится полететь на пару часов позднее, а сейчас это происходит в отношении тех, кто не хочет переносить свой рейс».

По мнению Зотова, следует ввести "защитные списки":

«Нельзя разделять семьи в полете, нельзя оставлять пенсионеров с овербукингом, людей с инвалидностью и другие категории пассажиров. Размер же компенсации должен быть существенным, а без согласия пассажира никаких действий авиакомпания не будет иметь права предпринимать».

Кроме того, "перепродажа" может быть вызвана не только коммерческими соображениями, указывает Зотов:

«Есть еще технический овербукинг, когда происходит замена воздушного судна при неисправности. Если запретить это явление совсем, такая пересадка пассажиров будет невозможна», - указывает Илья Зотов.

Попытаться застраховаться же от попадания в неприятную ситуацию можно, скажем, с помощью заблаговременной онлайн-регистрации, советует Илья Зотов:

«Стоит выбирать конкретное место на борту воздушного судна или выбирать возвратные билеты. Это минимизирует риски, более того, стоит обратить внимание на страховые продукты, когда в случае "перегруза" пассажир получит существенную компенсацию».

Впрочем, даже заблаговременное бронирование сейчас проблему не решает. Как писал amic.ru, отправившийся в отпуск участник СВО, чтобы повидать семью и новорожденную дочь, которую он еще не видел, вынужден был прождать два дня до своего рейса из-за овербукинга. Причем он пишет, что заранее покупал билет с местом и прошел регистрацию онлайн. Никаких компенсаций за пережитые неудобства, по словам бойца, он не получил.

Пока в России в случае "перепродажи" защитить пассажиру свои права практически невозможно, указывает Илья Шатилин:

«Можно не лететь и вернуть деньги, авиакомпания с удовольствием это сделает, но такой исход не в интересах пассажира. Можно попытаться отсудить понесённые убытки, как при задержке рейса: например, сгоревшую ночь в гостинице на отдыхе, пропавшие билеты на культурные мероприятия и тому подобное».