Американская мечта идет не в том направлении: элита США убила страну и обвинила мусульман

Федеральное агентство новостей представляет перевод статьи Fighting the Wrong Enemy: Why Americans Hate Muslims («Борьба не с тем врагом: почему американцы ненавидят мусульман»), опубликованной информационно-аналитическим ресурсом Antiwar.com.

Федеральное агентство новостей представляет перевод статьи Fighting the Wrong Enemy: Why Americans Hate Muslims («Борьба не с тем врагом: почему американцы ненавидят мусульман»), опубликованной информационно-аналитическим ресурсом Antiwar.com.

Автор: Рамзи Баруд

Двое полицейских вытащили меня из толпы в международном аэропорту Сиэтл/Такома и попросили пройти за ними. Я повиновался. Затем последовало множество вопросов о политике, идеях, письмах, детях, друзьях и моих покойных палестинских родителях. Полицейский проверил все мои документы, включая чеки, визитные карточки и многое другое. Я не протестовал. Я уже привык к этому отношению и бесконечным расспросам. Мой первый допрос произошел после 11 сентября 2001 года, когда все мусульмане и арабы стали и по сей день остаются подозреваемыми. 

Меня часто спрашивают: «Какова цель вашего визита в эту страну?» Тот факт, что я гражданин США, который получил высшее образование, купил дом, вырастил хорошую семью, платил налоги, соблюдал законы и вносил свой вклад в жизнь общества — неподходящий ответ. Я по-прежнему араб, мусульманин и диссидент, — все непростительные грехи в новой, быстро меняющейся Америке.

Честно говоря, я никогда не питал иллюзий относительно мнимого морального превосходства этой страны. Я вырос в лагере палестинских беженцев в Газе и был свидетелем неописуемого ущерба, который наносила моему народу американская военная и политическая поддержка Израиля. В более широком арабском мире внешняя политика США ощущается в больших масштабах. Вторжение и уничтожение Ирака в 2003 году стало кульминацией десятилетия коррумпированной и жестокой американской политики в арабском мире.

Но когда я приехал в США в 1994 году, я нашел другую страну, гораздо добрее и терпимее, чем ее внешняя политика. Конечно, на мое становление повлияли арабские корни, но мои нынешние политические взгляды и сама диалектика, через которую я понимаю и взаимодействую с миром, — главным образом сформирована американскими учеными, диссидентами и политическими бунтарями. Не будет преувеличением сказать, что я стал частью одного культурного духа времени вместе со многими другими американскими интеллектуалами.

Конечно, антиарабские и мусульманские настроения в США присутствуют уже несколько поколений, но в последние два десятилетия они значительно возросли. Арабы и мусульмане стали козлами отпущения для всех неудачных войн Америки и ответного насилия. Террористические угрозы были преувеличены сверх меры, чтобы манипулировать напуганным, но также растущим нищающим населением, которое начинает ненавидеть мусульман, людей, которых они никогда не встречали.

Никого не волнует, что после 11 сентября шансы быть убитым террористами равны 1 к 110 миллионам, — чрезвычайно ничтожное число по сравнению с миллионами, которые умирают из-за диабета, например, или нападения акул, если уж на то пошло. «Терроризм» превратился из насильственного явления, требующего национальной дискуссии и разумной политики по борьбе с ним, в демона, который заставляет людей подчиняться, и делит их на послушных граждан и на радикалов-подозреваемых.

Но обвинять мусульман за упадок американской империи бесполезно и бесчестно. Отдел промышленной разведки недавно понизил рейтинг США с «полной демократии» до «дефектной демократии». Ни мусульмане, ни ислам в этом не виноваты. 

Размер китайской экономики скоро превзойдет США, и мощная восточноазиатская страна уже расширяет свое влияние в регионе и за его пределами. Здесь тоже вряд ли можно винить мусульман. Арабы не несут ответственность ни за смерть «американской мечты», если таковая вообще существовала, ни за избрание Дональда Трампа президентом, ни за коррупционные и мафиозные практики правящей американской элиты.

Арабы и мусульмане не заставляли никого вторгаться в Ирак, где в результате неконтролируемого военного авантюризма погибли миллионы людей. На самом деле, арабы и мусульмане являются главными жертвами терроризма, будь то спонсируемый государством террор или подлые группы типа «Исламского государства» (ИГ, ИГИЛ, арабское — ДАИШ) и «Аль-Каиды» (обе террористические организации запрещены Верховным судом РФ).

Американские мусульмане не враги и никогда ими не были. Враг — это конформизм. Мы живем в «эпоху безнаказанности», если верить словам Тома Энгельгардта. 

«Для служб национальной безопасности Америки наступила эпоха безнаказанности. Ничего из того, что они делают — пытки, похищения, убийства, незаконная слежка и т.д. — никогда не будет доведено до суда», — писал он в статье 2014 года, опубликованной в Huffington Post. 

Те, на кого перекладывается ответственность — небезразличные люди, бьющие тревогу, и политические диссиденты, которые посмели усомниться в правительстве и хотят просвещать других о недемократическом характере таких практик угнетения. Молчать — не вариант. Это форма пораженчества, которая должна быть признана столь же разрушительной, как и намордник демократии.

Запрет гражданам мусульманских стран на въезд в США — большой акт безнравственности и несправедливости. К сожалению, многие американцы говорят, что подобные законы помогают им чувствовать себя в безопасности, что само по себе является свидетельством того, как правительство и СМИ манипулируют согласием для получения желаемых результатов.

Америка стремительно меняется, и, конечно, не в нужном направлении. Откладывание всех насущных проблем и сосредоточение на погоне за смуглолицыми мужчинами и женщинами, безусловно, не является решением экономических, политических и внешнеполитических проблем, которые пришли в страну благодаря американской правящей элите.

«Если свобода что-нибудь да означает, она означает право говорить людям то, что они не хотят услышать», — писал Джордж Оруэлл.

Чего бы это ни стоило, мы должны придерживаться этой оруэлловской мудрости, несмотря на то, что число людей, которые отказываются слышать, растет в геометрической прогрессии, а пределы для инакомыслия уменьшились, как никогда раньше.