Фото: Evan El-Amin / Shutterstock.com США зашли в Сирию под предлогом борьбы с террористами «Исламского государства»*, но спустя всего пять лет после интервенции американский президент говорит прямо – нам от САР нужна только нефть. Похоже, Дональд Трамп снова пытается нас запутать. С одной стороны, он выполняет предвыборные обещания, сокращая военное присутствие США в «проблемных» регионах. Даже если это не нравится его коллегам и генералам. С другой – заявляет о том, что американский спецназ и курды из SDF, которые у нас приравнены к боевикам, продолжают контролировать нефтегазовые месторождения в Дейр-эз-Зоре. "We've taken control of the oil in the Middle East," says @POTUS (who didn't respond to subsequent questions from me and other pool reporters to elaborate on what he means by that).— Steve Herman (@W7VOA) 18 октября 2019 г. «Мы взяли под контроль нефть на Ближнем Востоке», - говорит @POTUS (упоминание аккаунта Дональда Трампа), который не ответил на последующие вопросы от меня и других журналистов пула, чтобы уточнить, что он имеет в виду) А недавно Трамп вообще твердил о том, что США не нуждаются в нефти, так как сами являются чистыми экспортерами. А все, чем занимаются американцы в регионе, - это банальная помощь союзникам, но каким именно не уточнил. Впрочем, вспоминая прошлые сливы о поддержке Вашингтона боевиков ИГ* (поставка оружия, обучение на американской военной базе и т.д.), можно догадаться о ком идет речь. Because we have done so well with Energy over the last few years (thank you, Mr. President!), we are a net Energy Exporter, & now the Number One Energy Producer in the World. We don’t need Middle Eastern Oil & Gas, & in fact have very few tankers there, but will help our Allies!— Donald J. Trump (@realDonaldTrump) 16 сентября 2019 г. «Потому что мы так хорошо справлялись с энергетикой за последние несколько лет (Спасибо, господин Президент!), мы-чистый экспортер энергии , и теперь производитель энергии номер один в мире. Нам не нужна ближневосточная нефть и газ , и на самом деле там очень мало танкеров, но мы поможем нашим союзникам!» Все это вводит в заблуждение не только мировое сообщество, но и союзников США. Особенно после того, как Турция и Сирия попросили уйти американцев с севера региона, а они согласились. Это повлекло за собой сдачу ключевых территорий курдами, взятие под контроль восточного берега Евфрата Дамаском и переброску американских войск в Ирак. Все это, мягко скажем, шокировало союзников Вашингтона. И если озабоченный Брекситом Лондон промолчал, то Париж разразился гневной тирадой о предательстве. Макрон сказал, что Соединенные Штаты просто бросили своих союзников в регионе, куда они пришли по приглашению американцев. В связи с этим французский президент задался логичным вопросом: а не бросят ли нас Штаты в следующий раз? Очень даже возможно. И во всей этой ситуации важно понять одно – заявление про сирийскую нефть полностью перевернуло общепринятый императив, на котором базировалась вся гегемония США. Раньше оно опиралось на принцип единства, а мир условно делился на 3 категории (по мнению Запада): правильные, неправильные и отсталые страны. К правильным относились западные государства вроде США и Британии, которые лучше всех и показывают пример. К неправильным – Россия или Иран, которые постоянно завидуют, а потому представляют перманентную угрозу первым. К отсталым - Сирия или Африка, которые постоянно нуждаются в опеке правильных. Именно так западные страны оправдывали свою интервенцию в любые государства – под предлогом помощи. Только вот оказалось, что не ради помощи приходили американцы, а ради выполнения поставленных задач. В ту же Сирию США зашли не ради защиты западных идеалов или борьбы с террористами, а ради нефти. Слова Трампа окончательно обрушили идеологические декорации. И хотя Штаты реально добились статуса экспортера нефти, они все равно будут удерживать контроль над ее месторождениями в Сирии. Просто потому, чтобы они не ушли кому-то другому, даже законному владельцу – сирийскому государству. Это поступок из разряда «да не достанься же ты никому», и он символизирует падение американской гегемонии. Потому что США больше не в состоянии воевать даже за то, что хотят удержать лично для себя. Это полный провал.
