Соседи сразу повели себя так, будто вся квартира принадлежит им. На общей кухне они оставляли горы немытой посуды, а в ванной — разбросанные грязные подгузники. «Я как-то зашла помыть руки, а там в раковине памперс лежит, — рассказывает женщина, морщась. — Я попросила убрать, а они только рассмеялись». Вскоре раковина треснула — кто-то из детей, по слухам, уронил в неё тяжёлую кастрюлю. Но это было только начало.

Давление и угрозы: бой за свою комнату

Семья соседей быстро дала понять, что Галина Петровна им мешает. Они начали заходить в её комнату без стука, якобы «проверяя, всё ли в порядке». «Я сидела, чай пила, а тут их старший сын заходит и стоит, смотрит, — вспоминает пенсионерка. — Я говорю: «Зачем пришёл?» А он молчит и уходит». Через неделю глава семьи, 40-летний Махди, предложил ей продать комнату за полцены. «Мы бы всей семьёй тут жили, — сказал он с улыбкой. — А тебе зачем эта комната?»

Галина Петровна отказалась, и с этого момента началась настоящая травля. Соседка, 35-летняя Дилноза, начала намекать на тёмное прошлое мужа. «Он убиль человек, но викупился, — сказала она однажды, стоя в дверях кухни. — Ты не бойся, мы защитимся». Галина Петровна, напуганная, пыталась возражать, но женщина только рассмеялась. «Я тогда чуть не упала, — признаётся пенсионерка. — Это что, угрожать мне вздумали?»

Дверной конфликт: новый поворот

Напряжение в коммуналке достигло пика, когда соседи решили поменять входную дверь. Галина Петровна согласилась скинуться, но по уговору её доля составила 26% от стоимости, так как её комната была меньше. Дверь установили, но ключи ей не дали. «Плати 50%, тогда получишь», — заявил Махди, скрестив руки. Женщина, у которой каждая копейка на счету, отказалась, и осталась без доступа к собственной квартире. «Я стучала, просила открыть, — рассказывает она. — А они смеялись за дверью, как будто это игра».

Соседи продолжали хозяйничать: в коридоре появились их коробки с вещами, а на кухне — огромный казан, который занимал всю плиту. Галина Петровна пыталась готовить еду, но каждый раз натыкалась на недобрые взгляды. «Я как в чужом доме себя чувствовала, — вздыхает она. — А ведь это моя комната, я её честно купила».

Сын на защите: борьба без сил

У Галины Петровны есть сын, 38-летний Алексей, работающий водителем в Москве. Узнав о происходящем, он примчался в Долгопрудный, чтобы разобраться. «Я пытался говорить с ними по-хорошему, — рассказывает Алексей, потирая виски. — Просил уважать маму, не лезть к ней. Но они только ухмылялись». Махди, глава семьи, уверял, что «всё нормально», но ключи от новой двери так и не отдал.

Алексей пробовал договориться о правилах совместного проживания, но каждый разговор заканчивался пустыми обещаниями. «Они говорили: «Мы уважаем, мы не против», а потом опять подгузники в ванной и шум до полуночи», — жалуется он. В отчаянии Алексей обратился в местную общественную организацию «Русская община», которая помогает жителям в подобных ситуациях. «Я просто не знал, что ещё делать, — признаётся он. — Маму жалко, она чуть не плачет каждый день».

Вмешательство общественников: лучик надежды

29 июля активисты «Русской общины» приехали в коммуналку на Молодёжной. Они застали Махди за ужином с семьёй. На кадрах, снятых общественниками, мужчина выглядел спокойным, даже улыбался. «Мы не хотели проблем, — говорил он, разводя руками. — Просто недопонимание». Активисты потребовали прекратить травлю и вернуть Галине Петровне ключи. После долгого разговора Махди согласился, пообещав «уважать права соседки».

Галина Петровна наконец получила доступ к своей квартире, но страх остался. «Я теперь каждый шорох слышу, — говорит она, глядя на новую дверь. — Вдруг они опять что-то придумают?» Активисты взяли ситуацию под контроль, пообещав следить за развитием событий. «Мы не дадим её в обиду, — сказал один из общественников, 30-летний Игорь. — Люди должны жить спокойно в своём доме».

Реакция соседей: шок и поддержка

Новость о происходящем в коммуналке разлетелась по Долгопрудному. Жители дома, узнавшие о травле, были в ужасе. «Я думала, у нас тут тихо, — говорит 50-летняя соседка Лидия Ивановна. — А тут такое! Бедная женщина, как она это терпит?» Продавщица местного магазина, 45-летняя Ольга, добавляет: «Я видела эту семью, они всегда шумные, с кучей пакетов. Но чтобы так издеваться — это слишком».

Местные жители начали обсуждать, как помочь Галине Петровне. Кто-то предложил поставить камеру в подъезде, другие — поговорить с участковым. «Надо, чтобы полиция разобралась, — считает охранник дома Виктор. — Угрожать старушке — это уже ни в какие ворота». Пока полиция не вмешивалась, но общественники уверяют, что подадут заявление, если травля продолжится.