Швыдкой рассказал о "карательной цензуре"

Михаил Швыдкой в специальном интервью RTVI объяснил свою статью с предложением возродить предварительную цензуру, как в СССР

Сегодня автор несет ответственность после публикации произведения. Чтобы избежать "сложных ситуаций" лучше было бы заранее объяснять, что можно или нельзя. Такое мнение высказал специальный представитель президента России по международному культурному сотрудничеству, экс-министр культуры Михаил Швыдкой, комментируя свою статью с предложением возродить институт предварительной цензуры. Свою позицию Швыдкой объяснил в специальном интервью RTVI.

Швыдкой отметил, что сегодня очень ужесточились правила, связанные с подачей и распространением информации, они регулируются большим количеством законодательных актов, которые не все авторы читали по-настоящему. При этом многое "передается на решения судей", для которых это сложная материя, потому что художественный текст обладает своей спецификой, пояснил собеседник RTVI.

"Если исходить из этого, то какой-нибудь Виктор Астафьев сегодня невозможен как автор, его нельзя напечатать просто. Потому что там, строго говоря, много такого, что можно интерпретировать как высказывание, противоречащее сегодняшнему законодательству. Он писал о войне, писал о войне много и жестко", — сказал Швыдкой.

По словам Швыдкого, если чиновнику принести любой текст и спросить, насколько он совпадает с нравственно-духовными ценностями, чиновник "сойдет с ума" и сразу скажет, что не совпадает — даже если это будут "Стихи о советском паспорте» Владимира Маяковского.

"Сегодня работает так называемая карательная цензура: вы высказались, вы напечатали что-то, выясняется, что это не соответствует целому ряду законодательных актов. Вас могут оштрафовать, могут возбудить уголовное дело и так далее. Поэтому лучше, чтобы не попадать в сложные ситуации, предварительно сказать: это можно, а это нельзя", — заявил Швыдкой.

При этом цензуру возродить можно только если возродить Советский Союз, а это невозможно, считает спецпредставитель президента. "Цензура — это очень дорогостоящая история, тоже надо понимать, это количество высокопрофессиональных работников", — заметил Швыдкой. Он напомнил, что в царской цензуре работали выдающиеся писатели, например, Иван Гончаров.

"Но я еще раз говорю: я просто постарался привлечь внимание к проблеме, которая существует. Вот я сижу с вами, разговариваю и тоже выбираю слова, потому что я понимаю прекрасно, что лучше бы вот не попадать", — признался Швыдкой.

Он также заявил, что во время специальной военной операции нельзя "многое из того, что можно было бы, если бы ее не было".

"И вот это тоже очень трудно понимают люди, которые выходят на московские улицы, ходят в рестораны, ходят в театры. Не чувствуют этого напряжения, а оно существует, и существует реальность совершенно такая особая", — сказал Швыдкой.

По его мнению, это накладывает отпечаток на любые информационные потоки и "результаты художественной деятельности". "Это трудно, но делать вид, что этого нет, неправильно", — заключил Швыдкой.