Блюз, апокалипсис и матери на грани нервного срыва: лучшие фильмы 2025 года по версии "Профиля"
2025 год можно считать удачным для фестивального кино и арт-мейнстрима. На ведущих мировых киносмотрах показали множество по-настоящему сильных картин – выбрать лучшие и ранжировать их по местам очень сложно. Большие киноавторы, кто серьезно, а кто иронично, кто напрямую, а кто метафорически, рефлексируют о той сложной ситуации, в которой находится сейчас мир. Личные истории, которые становятся частью большой картины, конечно, тоже волнуют кинотворцов. Среди самых громко прозвучавших тем киногода – сложности материнства, взаимоотношения отцов с дочерьми и личные и исторические травмы. Вот список субъективно лучших фильмов года.
Талантливый американский режиссер Пол Томас Андерсон («Магнолия», «Нефть») ожидаемо снял один из главных фильмов года. На счету «Битвы за битвой» уже больше 180 номинаций на важные премии, и, несомненно, Американская киноакадемия тоже не обойдет картину своим вниманием. Тех, кого раньше могли отталкивать серьезность и монументальность работ ПТА (как именуют этого режиссера), «Битва за битвой» удивит и обрадует своим юмором. Хотя картина – вольная адаптация романа Томаса Пинчона – посвящена совсем не забавной теме борьбы фашистов и революционеров, радикально правых и левых, она оказалась по-настоящему веселой и задорной. И это плюс к филигранной режиссуре и зрелищности.
Леонардо Ди Каприо полфильма бегает в халате с пистолетом, Шон Пенн дружит со злодеями-расистами, но втайне любит революционерку-афроамериканку. С одной стороны, очевидно, кому сочувствует Пол Томас Андерсон, но вместе с тем высмеивает он и тех, и других (за что его, кстати, критиковали). Кажется, надежда остается только на молодое поколение в лице бесстрашной героини восходящей звезды Чейз Инфинити. У них с Леонардо Ди Каприо получился самый трогательный в этом году кинопортрет отца и дочери.
Новая картина Кэтрин Бигелоу – первой женщины-режиссера, получившей «Оскар» за свою работу, – участвовала в основном конкурсе Венецианского кинофестиваля. «Дом динамита» рассказывает о том, как внезапно над Тихим океаном кто-то запускает ядерную ракету, которая, по прогнозам, должна через 19 минут разрушить Чикаго. В трех новеллах мы наблюдаем за попыткой предотвратить ядерный апокалипсис глазами разных персонажей: военных, чиновников и даже президента США (Идрис Эльба).
[caption id="attachment_1797118" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма «Дом динамита»[/caption]
Будь «Дом динамита» патриотическим блокбастером 1990-х, все разрешилось бы самым счастливым образом. Однако Кэтрин Бигелоу с ужасом признаёт, что в США сегодня не могут гарантировать стопроцентный успех перехвата ракет, а люди, даже наделенные огромной властью, все равно остаются всего лишь людьми. В экстремальной ситуации они могут проявлять слабость и нерешительность. Они не всесильны. Из-за напряженной ситуации в мире картина производит очень сильное впечатление. Как говорят в фильме, если дом наполнен динамитом, он не может однажды не взорваться.
Франко-испанский режиссер Оливер Лаше, получивший за картину приз жюри Каннского фестиваля, тоже затрагивает тему грядущего апокалипсиса, однако скорее в метафизико-метафорическом ключе. Его герой, отец (Серхи Лопес), с сыном и собакой приезжает на рейв в марокканской пустыне в поисках пропавшей дочери. Однако вскоре объявляют эвакуацию – началась большая война. Персонажам удается сбежать вместе с новыми знакомыми, рейверами средних лет, которые намерены посетить еще одну, полусекретную, вечеринку неподалеку.
[caption id="attachment_1797121" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма «Сират»[/caption]
Поначалу Оливер Лаше вводит зрителей в медитативное состояние электронными битами и завораживающими видами пустыни. Чтобы в середине так ударить обухом по голове, что и после сеанса не сразу приходишь в себя. Тем более что ударов – не менее шокирующих – последует еще несколько. Наверное, от личной трактовки и философии каждого зрителя зависит, получится ли увидеть в финале картины свет. Так или иначе, «Сират» определенно станет одним из самых мощных киноопытов года.
Корейский мэтр Пак Чхан-ук («Олдбой», «Решение уйти») в новой картине вновь показал мастер-класс, как в одном фильме гармонично совместить черную комедию, драму и кровавый триллер. А еще – как рассказать увлекательную историю, обрамив ее искусной режиссурой. В главной роли постановщик задействовал Ли Бен-хона, который снимался в его ранних картинах, а широкой публике стал известен недавно благодаря роли антагониста в «Игре в кальмара».
[caption id="attachment_1797124" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма «Метод исключения»[/caption]
Его герой Ман-су живет словно в раю: любимая жена и двое детей, выкупленный шикарный дом его детства. Однако из-за внезапного увольнения с бумажной фабрики, где он проработал 25 лет, счастливое будущее семьи может рассыпаться. Ман-су после безуспешных попыток найти работу в той же сфере приходит к выводу, что ему остается только одно: начать физически устранять претендентов на желанную для него должность. Полфильма хохочешь: герой, будучи самым обычным человеком, а вовсе не киллером, кажется, скорее навредит себе, чем своим конкурентам. Но чем ближе финал, тем с большей печалью смотришь на экран: симпатичный поначалу персонаж с легкостью предает свои моральные и профессиональные принципы.
Мистический боевик «Грешники» Райана Куглера – редкий пример высокобюджетного и при этом авторского блокбастера. В США он вошел в топ-10 самых кассовых картин года, опередив, например, большинство кинокомиксов. И это при том, что Куглер придумал оригинальную историю. Действие «Грешников» развивается в дельте Миссисипи в 1932 году. Братья-гангстеры (обоих изобразил Майкл Б. Джордан, постоянный актер Куглера) возвращаются домой из Чикаго. Герои покупают у бывшего куклуксклановца лесопилку, где собираются устроить джук-джойнт: бар с танцами и живой музыкой – блюзом. Они мечтают создать пространство свободы и самовыражения для представителей афроамериканской культуры, в то время как в большом мире вовсю процветают расизм и сегрегация.
[caption id="attachment_1797133" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма «Грешники»[/caption]
Центральная музыкальная сцена – одна из самых мощных в картине. Одаренные музыканты, по легенде, способны не только заставить всех пуститься в пляс, но и сломать стену между человеческим и потусторонним миром. Призраки прошлого и видения будущего возникают во время исполнения героями блюза, протягивая нить от музыки африканских племен к еще не родившемуся хип-хопу. Однако самобытное искусство вызывает интерес белых, и на пороге появляются ирландские вампиры, которые хотят отнять у черных их самость.
Чернокожий молодой режиссер Райан Куглер на протяжении всей карьеры исследует темы расизма, африканской культуры, а теперь еще плюс ко всему и культурной апроприации. Начинал он с остросоциального инди-хита «Станция "Фрутвейл"», потом занялся франшизой про Рокки, сделав главного героя картины афроамериканцем, а затем окончательно покорил публику своей «Черной пантерой», фильмом о первом чернокожем супергерое. Куглер страстно любит родную культуру, и это чувство сполна выплескивается на экран. Сложно не подпасть под обаяние его экспрессии (а также под мощь саундтрека, созданного Людвигом Йоранссоном).
То ли страшную сказку, то ли притчу, то ли антиутопию срежиссировал Сергей Члиянц, сотворивший как продюсер множество важных фильмов постсоветского кино: от «Окраины» Петра Луцика и Алексея Саморядова до «Бумера» Петра Буслова. Завораживающий «Ветер», победивший на фестивале дебютов «Дух огня», стал экранизацией давнего сценария ныне уже покойных Луцика и Саморядова. Действие фильма разворачивается словно вне времени: в кадре не то недавнее прошлое, не то ближайшее будущее. Однако поразительным образом картина воспринимается как очень актуальная.
[caption id="attachment_1774155" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма «Ветер»[/caption]
Главный герой Иван (Даниил Феофанов) обещает жене Кате (Серафима Гощанская) раздобыть еды, денег и новое красивое платье. То ли война прошлась по этим землям, то ли мир близится к своему концу, но водоемы почти пусты, море пересыхает, а из дичи можно найти разве что сусликов. Ветер, дующий в степи, с каждым днем становится все сильнее, предвещая недоброе. Мужчин в домах почти не осталось: кто ушел на охоту без надежды на успех, а кто отправился на неназванную войну. Иван вместе с говорливым хитрым соседом Сергеем (Олег Васильков) отправляется в дорогу, которая приведет его к страшным внутренним трансформациям.
Картине норвежца Йоакима Триера вручили в этом году Гран-при Каннского фестиваля. полюбили и зрители, оценившие эмпатичный тон режиссера по отношению к своим отнюдь не совершенным персонажам. Ведь «нежность – это новый панк», как емко выразился Триер на каннской пресс-конференции. На протяжении всего фильма герои пытаются найти способ восстановить друг с другом теплую, здоровую коммуникацию. Оказывается, что сложным, ранимым творческим людям порой для этого нужен самый привычный для них язык – язык искусства.
[caption id="attachment_1797144" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма «Сентиментальная ценность»[/caption]
Изумительная Ренате Реинсве изображает театральную актрису Нору, у которой перед выходом на сцену то и дело происходит паническая атака. Великий Стеллан Скарсгард играет отца Норы и ее сестры Агнес, бросившего дочерей ради карьеры режиссера. После долгих лет разлуки он приезжает на похороны матери героинь и предлагает Норе роль в своем новом фильме. Когда та решительно отказывается, ему приходится предложить эту партию голливудской звезде (Эль Фаннинг). «Сентиментальная ценность» – умное и при этом утешительное кино, такое снимают сегодня редко.
Дженнифер Лоуренс в драме британки Линн Рэмси из Каннского конкурса проявляет новые грани актерской смелости и лихости. Ее Грейс ползает в траве кошечкой, бьется лбом о зеркало, царапает ногтями стены (список далеко не полный). На ее фоне совершенно адекватным выглядит персонаж Роберта Паттинсона – бойфренд главной героини. Впрочем, так ли он нормален, если, несмотря ни на что, продолжает оставаться с Грейс?
[caption id="attachment_1797146" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма «Умри, моя любовь»[/caption]
Рэмси говорит, что сняла картину о любви. А вот зрители увидели в «Умри, моя любовь» в первую очередь фиксацию послеродовой депрессии женщины, которая, переехав с мужем в глубинку, теряет себя как личность и изнывает одновременно от скуки и от измотанности новыми обязанностями. Честное изображение сложностей материнства вообще стало важной кинотемой в этом году. Стоит вспомнить также сильную картину Мэри Бронштейн , за которую Роуз Бирн получила актерский приз Берлинале.
Монтаж в картине Линн Рэмси подчиняется законам то ли сна, то ли субъективного восприятия мира героиней, чье сознание перестает быть стройным. Порой зрителю сложно отличить настоящее от прошлого, а фантазию Грейс – от реальности. Из кошмара героини, куда пробивается то рев громкой музыки, то несмолкающий лай принесенной мужем собаки, то плач ребенка, Рэмси творит мучительную поэзию.
Сенсацией Каннского фестиваля стала гипнотическая картина немецкой постановщицы Маши Шилински, обретшая приз жюри смотра. – это эпическое по размаху, но интимное по интонации полотно о четырех поколениях немецких женщин. О травмах личных и поколенческих. О том, что заложниками законов патриархального общества становятся и женщины, и мужчины, и со временем ситуация почти не меняется – просто становится более завуалированной.
[caption id="attachment_1797147" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма «Звук падения»[/caption]
Действие картины охватывает более 100 лет: от Первой мировой войны до наших дней. Каждая из четырех героинь-тинейджеров выросла на одной и той же ферме, но в разное время. И в поворотах их судеб тоже оказывается много общего. Шилински рассуждает об одиночестве и сестринстве, о смерти и вглядывании в реальность, которая оказывается тем более жестокой, чем внимательнее смотришь. Однако оторваться от наблюдения за жизнью глазами Маши Шилински невозможно.
Премьера картины Клинта Бентли, номинированного в этом году на «Оскар» за работу над сценарием драмы «Синг-Синг», состоялась на фестивале независимого кино «Сандэнс». «Сны поездов» – экранизация одноименного лаконичного и страшного романа Денниса Джонсона о лесорубе, который теряет все самое дорогое в лесном пожаре. Бентли в его поэтическом фильме удалось сполна передать ту невыносимую боль, которую испытывает герой. Но, редуцировав некоторые сюжетные линии романа, он еще и наполнил «Сны поездов» ощущением чуда жизни, продолжающейся несмотря ни на что.
[caption id="attachment_1797224" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма «Сны поездов»[/caption]
Герой Джоэла Эдгертона проживает значительную часть XX века, но отшельничество позволяет ему существовать так, будто цивилизация не развивалась все это время с бешеной скоростью. Кажется, на фоне сегодняшней действительности погружение в загадочный (хотя порой и опасный) мир природы – это именно то, чего многим не хватает. «Сны поездов» пленяют и своей гуманистической интонацией. Каким бы маленьким ни казался каждый человек с высоты истории всего мира, он является неотъемлемой и незаменимой его частью.