Когда учился в Вологде, жили мы в общаге курсов повышения квалификации работников культуры Администрации Вологодской области, что располагалась в церкви Сретенья на набережной 6-й Армии, и горячей воды там не было. Поэтому раз в неделю комендант выдавала нам комплект чистого постельного белья и мы с мужиками ходили в баню на Гоголя. А это так… прилично топать! Только до светофора на перекрестке Чернышевского-Гоголя — километра полтора. Ну, и после него ещё… Зато в бане, в буфете — пиво. Ярославское. Холодное. И это немаловажное обстоятельство всегда нам сил добавляло, пока мы шли от общаги к бане. Вот, мол, придем, попаримся и… А тут как-то приходят мужики, все из себя такие, уже веселые, учебники им побоку и перламутрово, что послезавтра экзамен по административному праву: — Хорош учить, Костяныч! Собирайся, в баню пойдем. — Да ну, мужики. Чего это вы придумали?! Туда, обратно… Пока попаримся, помоемся, отдышимся после баньки. Считай, весь сегодняшний день на это уйдет. А к экзамену когда готовиться? — Так он послезавтра. Времени ещё — вагон. А баня — не на Гоголя. Тут, рядом. Одна нога здесь, другая там. И пива там нет. За час спокойно управимся. — И где эта ваша, такая из себя вся замечательная, баня?! — Да вон, выгляни в окошко. Прямо напротив нас — ночлежка для бомжей. И там баню построил мужичок, который в прошлую сессию жил в нашей же общаге в соседней с нами комнате. Он теперь в этом Центре призрения завхозом. Баню строит. — Так строит? Или уже построил? — Ой, Алексеич, хорош тебе. Чем куда-то за Кудыкину гору топать… Вот она, баня, только улицу перейти. Из окна видна. Заканчивай свою демагогию, собирайся. Парилка… А это, согласись — главное! Работает. А то, что полы ещё не настелены… Такая ерунда по сравнению с мировой пролетарской революцией! Ну да, действительно. Сущий пустяк. Даже не поспоришь. Собрались мы. Пошли. А там, вообще-то, на поперечины стяжек были брошены две досточки, по которым можно из раздевалки в помывочную, а из неё и в парилку перебраться. И я как-то так осторожненько… С шаечкой — по досточкам, по досточкам. До краников. Налил холодненькой, разбавил её горяченькой. И… Обратно к помывочному месту — по досточкам, по досточкам. Но это — я. А мужикам уже море по колено. Нафигсон им эти досточки, прямо по земляному полу! А весна, март. Снег тает. Земля, даже в бане, влажная. Чмок, чмок под ногами… В общем, следующим утром встал я. Умылся, побрился. Сходил на кухню, поставил чайник. Пока он вскипал, перекурить успел. Возвращаюсь в комнату с горячим чаем, включаю свет: — Рота-ааа, подъем! Выходи строиться. Хорош дрыхнуть, воины. Кто сегодня дежурный по кухне? Где хлеб, масло? Что-то не вижу их на столе… Ну, мужики глаза и раскрыли. А вместе с ними и я. Смотрю… Парни-то не маленькие в кроватях возлежат, а одеялки — куценькие, общежитские, ног не прикрывают. И ступни из-под одеял у всех торчат. Фото: по лицензии CC0 Pxhere.com Посмотрел я на них… Батюшки святы! Да они — чернее самой непроглядной безлунной ноябрьской ночи. Из тех, когда снег ещё не выпал. И ни зги, хоть глаз выколи. Тьфу-тьфу! На себе лучше не показывать. Вот такие и ступни у мужиков. Точь-в-точь. По самые щиколотки. А мужики увидели, что я как-то странно замолчал, проследили за моим взглядом… Свой перевели. Каждый — на собственные ступни. И… Такой, непередаваемо- дружный выдох: — Да-ааа… В общем, после того как дежурный сбегал за хлебом и маслом и попили мы чаю, выдала нам комендант (добрая женщина, крепкого ей здоровья, радости, счастья и долгих лет!) новое чистое постельное. И все дружно собрались и потопали в баню. На Гоголя. В надежде на то, что там свежее разливное пиво должно быть. Холодненькое. Ярославское… ...
Эту статью описывают теги: русская баня
