Небрежное хранение вещдока обошлось МВД в 1,6 миллиона
Иск потерпевшей рассмотрел Советский районный суд Орла.
Женщина купила «Тойоту Камри», пользовалась машиной до марта 2019 года, когда автомобиль вместе с документами был изъят полицией в рамках уголовного дела. После этого женщина обратилась в суд Москвы, где ее признали добросовестным покупателем. Уголовное дело позже объединили с другим, возбужденным в Белгородской области. Во время расследования машина хранилась на полицейской стоянке в Орловской области. В марте 2023 года автомобиль вернули владелице, но в удручающем состоянии. У «Камри» зафиксированы многочисленные повреждения стекол, корпуса, лакокрасочного покрытия, а также предметов внутренней отделки. Кроме того, автомобиль не мог передвигаться своим ходом, пришлось вывозить эвакуатором. Из-за этого в ноябре 2023 года было возбуждено новое уголовное дело о краже в крупном размере, и женщина получила статус потерпевшей. Она потребовала возмещения ущерба и морального вреда.
Судебной экспертизой определены повреждения автомобиля, которые получены в результате ненадлежащего хранения, – 31 позиция. Также определена стоимость их устранения –2 803 500 рублей. При этом машина до изъятия стоила 2,48 млн рублей, а годных остатков на момент возращения оказалось всего на 0,97 миллиона. Суд пришел к выводу, что следственными органами фактически не предпринимались меры к проверке условий хранения вещественного доказательства, исключающих его повреждение. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.
Исковые требования хозяйки машины к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел, УМВД по Орловской области и УМВД по Белгородской области о возмещении причиненного ущерба удовлетворены частично. С главного распорядителя бюджетных средств МВД за счет казны Российской Федерации решено взыскать 1 520 400 руб. за причиненный материальный ущерб, расходы на услуги представителя – 60 000 руб., проведение экспертизы – 32 076 руб., госпошлину – 12 923 руб.
Решение в окончательной форме изготовлено 22 мая 2025 года. Для компенсации морального вреда оснований не нашлось.
ИА “Орелград”