Экс-зампреду правительства Саратовской области Павлу Мигачеву отменили домашний арест
Напомним, Мигачева обвиняют в злоупотреблении должностными полномочиями. Подробнее об этом можно прочитать здесь.
С ходатайством об изменении меры пресечения с домашнего ареста на запрет определенных действий выступил следственный комитет. Следователь второго отдела по расследованию особо важных дел Айдабег Шейдаев сообщил, что для смягчения меры пресечения имеются основания в связи с собранными по делу доказательствами. Ходатайство следственного комитета поддержала прокуратура Саратовской области.
Павел Мигачев и его адвокаты тоже поддержали ходатайство, отметив, что долгое время добивались смягчения меры пресечения — экс-министр находился под домашним арестом с мая 2025 года.
"Данное ходатайство наконец-то законно и обосновано, адекватно тем фактам, которые есть в материалах дела", — подчеркнул адвокат Егор Гусев.
Судья в процессе также вспомнила, что защита и обвиняемый на всех предыдущих заседаниях настаивали о смягчении меры пресечения. Выйдя из совещательной комнаты, Татьяна Садомцева постановила удовлетворить ходатайство следствия.
Также на заседании в суде выступил Павел Мигачев.
"Уважаемый суд! Хочу отметить, что неоднократные жалобы и обращения меня и моих адвокатов к суду и следственным органам в рамках избрания меры пресечения дали первые результаты. Надеюсь, и в дальнейшем следственные органы разберутся в материалах дела и установят истину, доказав мою невиновность. Я в свою очередь продолжу активно сотрудничать со следствием: давать показания, предоставлять материалы, имеющиеся как в свободном доступе, так и предоставленные нам в рамках адвокатских запросов.
Я находился под домашним арестом 10 месяцев. За этот период следствие окончательно не может предоставить доказательств моей вины в рамках инкриминируемой мне статьи. До сих пор по всем эпизодам отсутствует мотив, он не обоснован. Ссылка на "карьеризм" является юридически ничтожной и абсолютно ничем не обоснована. Обвинение не конкретно. Размытые временные рамки и отсутствие описания способа передачи "незаконных указаний" делают обвинение голословным и нарушают право на мою защиту. Следствие также до сих пор не представило доказательств объективной стороны инкриминируемого мне преступления, а именно — какими конкретно полномочиями я злоупотребил и какие тяжкие последствия наступили по моей вине, что позволило следствию квалифицировать это якобы совершенное мной деяние в рамках ст. 285 ч. 3.
Я много раз говорил и повторяю еще раз, что я действовал строго в рамках должностных полномочий, никаких устных или письменных указаний, противоречащих законодательству, я не давал. Предъявление новых уголовных дел само по себе абсурдно. Все уголовные дела, которые мне присоединили в ноябре прошлого года, были возбуждены в отношении должностных лиц администраций Саратова, Энгельса и Балаково. События происходили вообще без моего участия, на каком основании обвинения предъявлены мне, до сих пор никому не понятно.
Я как бывший государственный служащий, находясь на службе, отлично понимал и осознавал, на каком сложном участке я работаю, сколько накоплено проблем в отрасли до меня, и всегда пытался найти решения, не перекладывая их на других. Я полностью, честно и искренне отдавался своей работе и нес огромную ответственность за все принятые мною решения. Руководствовался только установленными регламентами, правовыми актами и нормами действующего законодательства федерального и местного уровней.
Я продолжаю рассчитывать на профессионализм и справедливость следствия. Считаю, что из-за большого объема информации, в том числе нормативно-правовых документов, следствие на данный момент не до конца разобралось в ситуации и расследование продолжается, но в итоге все равно разберется и установит истину," - сказал Павел Мигачев.