«Совершенно случайно мне в руки попала книга «Страницы, опалённые войной», где на одной из страниц я увидел письмо фронтовика из села Заячье Корочанского района. Оказалось, это письмо моего деда, – начинает свой рассказ Афанасьев. – Адресовано оно моей бабушке, в то время его невесте, Пелагее Воробьёвой». Память сквозь годы. Владимир Афанасьев бережно показывает пожелтевшие фотографии из семейного архива:«Надежда и Вера, мои мама и тётя, совсем крохи на руках у своих родителей. А вот и портрет дедушки».. Сквозь десятилетия на нас смотрит молодой мужчина, прошедший Великую Отечественную войну с самого её начала и вернувшийся домой после Победы над фашизмом лишь в 1946 году. О том, каким был этот отважный фронтовик, мы узнаём из поблекших от времени снимков и трогательных воспоминаний его внука. «Помню его необычайно высоким – настоящий богатырь, под два метра ростом. Косая сажень в плечах. И невероятно сильным. Однажды у родственников в соседнем селе он выкопал молодую грушу и несколько километров нёс её на спине, – делится белгородец. – А как он меня раскручивал и запускал «в космос», высоко подбрасывая! Ещё помню, как играл с его вещами, не понимая тогда их значения для деда и той исторической ценности, которую они представляют сегодня».. Немецкие открытки и бритвенный станок, личные документы, хранившиеся в германской книге в бархатной обложке, немецкий штык образца 1939 года, вкладыши от табака и многое другое – эти раритеты занимали юного Владимира во время летних каникул у деда.«Мне очень нравился этот странный немецкий готический шрифт на открытках и в старом учебнике немецкого моей бабушки. Я постоянно пытался прочесть и перевести, что там написано. Наверное, отсюда и выбор будущей профессии – военный переводчик, – вспоминает Афанасьев. – Правда, дед долгие годы стеснялся моего выбора и не понимал, почему именно эта специализация. Лишь когда я стал взрослым, смог донести до него, что знание языка врага – а для него Германия навсегда осталась таковой – жизненно необходимо. Только тогда дед с гордостью рассказывал своим друзьям и соседям о моей работе».. Прошагал пол-Европы. Родился Никита Борзых 4 марта 1921 года в корочанском селе Заячье, откуда в 1940 году его призвали на службу в армию. В ноябре того же года принял присягу и был зачислен в 265-й отдельный сапёрный батальон. В учётно-послужной карточке к военному билету Никиты Борзых значится, что с июля 1941-го по 9 мая 1945 года он участвовал в Великой Отечественной войне, был тяжело ранен в ногу 15 мая 1942-го и контужен 18 марта 1943-го.«Несколько месяцев он провёл на лечении, после чего был признан годным к нестроевой службе и с марта 1944-го проходил службу в дорожно-строительном батальоне в звании старшины, – рассказывает внук фронтовика. – Нога сильно болела, но это не помешало ему приближать Победу на фронте. Ведь во время войны сапёры выполняли множество функций: занимались возведением и ремонтом мостов и дорог, устройством заграждений и возведением тыловых оборонительных рубежей. В конце 1944 года Никита Петрович вновь был признан годным к строевой службе и последние месяцы войны принимал активное участие в освобождении Литвы и штурме Кёнигсберга».. После окончания Великой Отечественной войны Никита Петрович служил в 87-м стрелковом полку старшиной сапёрной роты, несмотря на хромоту, оставшуюся до конца жизни. В мае 1946 года он был демобилизован и вернулся в родной колхоз.О том, что он был награждён медалями «За отвагу» в 1945 году, «За взятие Кёнигсберга» и «За Победу над Германией» в 1946-м, Никита Борзых особо не рассказывал, хотя и принимал самое активное участие в Земландской наступательной операции. Он, как и многие фронтовики, не любил вспоминать войну. Слишком тяжело дались ему годы лишений и бесконечных смертей вдали от дома. Владимир Александрович отмечает, что День Победы был одним из главных праздников для фронтовика. Обязательно собирались гости за большим столом и отмечали эту знаменательную дату. Никита Борзых вспоминал, что после ранения он выжил чудом. Его тогда спас однополчанин: буквально вытащил на себе. Фронтовики и после войны поддерживали дружеские отношения – сослуживец приезжал в гости в Заячье. «Дед как‑то рассказал, как притащил «языка» с задания – это случилось совершенно неожиданно. Вместе с группой они разминировали проход, когда внезапно столкнулись с немецкими солдатами. Дед признавался, что сначала все опешили от неожиданности, а потом завязался рукопашный бой. Он тогда так сильно ударил фашиста кулаком, что в части над дедом даже подшучивали: чтобы немец хоть что‑то смог рассказать, его сначала нужно было оживить и вылечить. «В следующий раз буду осторожнее», – пошутил дед, чем ещё сильнее повеселил сослуживцев».. Фронтовик все годы помнил, как было холодно и голодно на войне – корочанскому великану стандартного пайка никогда не хватало, чтобы наесться: «После войны дед часто вспоминал, как они искали себе пропитание, как мёрзли в сырых окопах, как мечтали о мирной и счастливой жизни после окончания войны».. В письме, датированном 7 ноября 1944 года, Никита Петрович пишет своей невесте Пелагее Воробьёвой – Поле, как он ласково её называл, – о трудностях фронтовой жизни: «Поля, сейчас нахожусь в таком месте, что одни болота и лес, от Балтийского моря 10 километров, должность моя прежняя. Работаю старшиной. А служба моя проходит в такой обстановке, сами знаете. Только лишь порадуешься письму. Очень надоела эта война. Хочется быстрей её, проклятую войну, закончить».О том, как солдатам хотелось вернуться к мирной жизни, свидетельствует и один разговор бойца со своим политруком. Никита Петрович рассказывал родным, что однажды спросил у замполита: зачем освобождать Европу? Может, пора уже и по домам? «Дед говорил, что этот разговор с замполитом он запомнил на всю жизнь и мне передал: «Это ж как сорняк. Ты на своём огороде убрал, а у соседей нет. Ветром оттуда семена и принесёт. Так и с фашизмом. Надо убрать все ростки проклятой идеологии с корнями. И освободить всех из концлагерей», – так тогда объяснили ему, а он уже учил нас, – вспоминает Владимир Афанасьев. – Никита Петрович часто приходил в школу на встречи с ребятами. Рассказывал, почему так важна была та Победа и какой ценой она далась».. Наследник Победы. О том, что Балтика станет местом службы и внука фронтовика, в семье и не предполагали. Афанасьев признаётся, что, когда у него, матроса, спросили о предпочтительном месте службы, он назвал Балтийский флот. Тогда юноше казалось, что там будет больше возможностей для практики переводов с немецкого языка. «Теперь я понимаю, что и мне посчастливилось оказаться на Балтике в ноябре, спустя 42 года после деда, в 1987 году недалеко от Калининграда».. То, как проходило освобождение самого западного города России, Владимир Афанасьев изучил досконально, кажется, прочитал всю доступную литературу – ведь где‑то там сражался и его могучий дед-богатырь, день за днём приближая долгожданную Победу. В семейном архиве внука Борзых хранится копия приказа о награждении Никиты Петровича медалью «За отвагу»: «Приказ 140 стрелковому краснознамённому полку 182 стрелковой Дновской дивизии третьего белорусского фронта № 013 от 20 апреля 1945 года. От имени президиума верховного Совета Союза ССР награждаю: медалью «За отвагу» помощника командира сапёрного взвода старшину Борзых Никиту Петровича за то, что в боях по разгрому вражеской группировки на Земландском полуострове (Калининградский, Земландский, или Самбийский полуостров (нем. Samland) – полуостров в восточной Европе, на территории Калининградской области – прим. авт.), участвуя в разведке боем, он, умело пробравшись к переднему краю вражеской обороны, обеспечил проходы в минных полях врага, чем способствовал разведчикам успешному выполнению задачи – ворваться во вражеские траншеи, добыть ценные сведения о противнике и его огневых точках и захватить в плен одного немецкого солдата». Сегодня в память о ветеране его внуки ухаживают за могилами предков – бабушка и дедушка похоронены вместе, – а вещи фронтовика, сохранившиеся за прошедшие годы, Владимир Афанасьев бережно хранит в семейном архиве и в ближайшее время передаст в краеведческий музей, чтобы подрастающее поколение могло увидеть документы героя:«Это ценные документы не только для нашей семьи, но и для всех белгородцев. Надеюсь, они займут достойное место среди экспонатов музея. Пусть наши дети и внуки помнят, какой ценой досталась Победа над фашизмом в далёком 1945-м. Мы должны помнить, потому что память – это дань уважения. Наши предки шли не отдавать свои жизни, они шли спасать свои семьи, Родину, наше будущее».. Екатерина Алавердян.
