Спросила пожилую узбечку, хватает ли ей пенсии в 10 тысяч? Узнав, откуда у нее доход, расстроилась - у нас такого нет
Путешествия — это не только новые пейзажи, но и встречи, которые меняют взгляд на привычное. Одна из таких встреч произошла с пожилой женщиной по имени Зухра в пригороде Ташкента. Её история — не о богатстве, а о том, как при скромном доходе можно жить в тепле, уважении и поддержке.
За пределами туристических маршрутов
Автор заметки, стремясь понять, как на самом деле живут в Узбекистане, попросила местную официантку познакомить её с простыми людьми. Та без колебаний пригласила гостью к своей тёте — пожилой пенсионерке. Так началась неформальная, но содержательная встреча, раскрывшая особенности быта, культуры и социальной структуры страны.
Дом Зухры оказался двухэтажным, ухоженным, с тихим двориком, где хранились изделия ручной работы — мебель, сделанная её сыном. В доме живут четверо: сама Зухра, её сын, внук и помощница. Жена сына уехала много лет назад и не вернулась — эту боль семья бережно обходит молчанием.
Пенсия в 10 000 рублей — и никаких проблем
Когда автор узнала, что пенсия Зухры составляет всего около 10 000 рублей по российскому курсу, она удивилась: в России на такие деньги трудно покрыть даже базовые расходы. Но в Узбекистане всё устроено иначе — не благодаря государству, а благодаря людям.
Зухра тратит пенсию только на оплату коммунальных услуг. Остальное — еда, лекарства, бытовые нужды — приходит извне. Соседи приносят блюда с огорода или от скота. Во время болезни помощь становится регулярной: каждый день кто-то из соседей стучится в окно с тарелкой горячего. Автор стала свидетельницей этого: прямо во время разговора Зухре передали свежие блины.
Махалля — центр социальной поддержки
Ключевую роль играет махалля — традиционная форма местного самоуправления. Это не просто соседский комитет, а живая система взаимопомощи. Махалля знает, кто чем болен, кому не хватает продуктов, кто нуждается в лекарствах. В праздники богатые земляки приезжают в кишлаки и раздают не только еду, но и деньги, одежду, медикаменты.
Сын Зухры зарабатывает немного — ручная работа сегодня не в моде. Но семья не чувствует себя обделённой. Их окружает не просто помощь, а уважение. Гостеприимство здесь — не формальность, а норма: отказаться от угощения считается оскорблением.
Боль и тепло рядом
Правда, на этой картине есть и тень. Государственная поддержка пенсионеров минимальна. Лечение Зухры оплатили родственники из России и добрые незнакомцы. Но, несмотря на это, она не чувствует себя брошенной. Её жизнь наполнена человеческим теплом — тем, чего так часто не хватает в более «развитых» системах.
Чему можно поучиться
Автор уехала с горькой мыслью: в России почти нет такой культуры заботы о старших. Мы полагаемся на государство, которое не всегда справляется со своими обязанностями, и забываем о том, что самая надёжная поддержка — это поддержка близких и соседей.
Узбекистан напоминает: достоинство старости — не в размере пенсии, а в том, как тебя принимают, помнят и поддерживают. И, возможно, именно в этом — главный урок для всех нас.
Источник: prochepetsk.ru
Читайте также:
- Откуда в русскую культуру пришел Дед Мороз на самом деле - в школе о таком не рассказывают
- От Якутии до Татарстана: самые уникальные новогодние традиции, о которых нам не рассказывали
- Не куклы и не машинки: вот что дарят японцы своим детям на Новый год - у нас считают такое бредом
- Не фейерверки и не бенгальские огни: вот что ждут американцы в новогоднюю ночь - русские крутят пальцем у виска
- В Финляндии дети ждут подарки не от Деда Мороза и Санта Клауса, а от козла. Как животное стало символом Нового года