Шкурка от Сбера. Что получит Киев от охоты на русские банки

Как официально сообщает пресс-служба ведущего американского рейтингового агентства Standard & Poor’s Financial Services LLC, которое трудно заподозрить в какой-то особой любви к России, — санкции, которые Украина на прошлой неделе ввела в отношении украинских «дочерних подразделений» российских банков, вряд ли окажут значительный эффект на их материнские структуры.

Нет, деньги терять, разумеется, неприятно.

Однако, по мнению аналитиков S&P, после 2014 года бизнес российских банков на Украине так или иначе фактически перестал быть стратегически значимым для них, а кредитные портфели активно резервировались в течение 2014-2016 годов. При этом риски самих «дочек», фактически, сводятся исключительно к «ухудшению активов» и изъятию вкладов населением Украины на фоне негативного информационного фона.

Это вообще с точки зрения именно движения капиталов – какие-то довольно странные санкции.

Которые, например, предполагают полный запрет вывода средств за пределы Украины, а также выплату дивидендов, процентов, возвращения межбанковских депозитов и кредитов. Запрет также касается распределения прибыли и капитала этих пяти банков.

Но в то же время, и это весьма забавно, ограничения, по данным Нацбанка Украины, никак не запрещают проведения расчетов между резидентами Украины и их контрагентами, которые имеют счета в материнских структурах.

Что называется – умный поймет.

А придуркам с файерами в балаклавах – в общем, и не обязательно.

При этом, как справедливо заметил лидер движения «Украинский выбор» Виктор Медведчук, «официальный Киев разрывает связи с главным торгово-экономическим партнером и инвестором финансово-банковской системы страны». По сути, выдавливая с собственной территории не только банковские институты, но и живые деньги обратно в Россию — ничего не получая взамен.

В 2016 году доля российских инвестиций в общем объеме прямых иностранных инвестиций на Украину составила приблизительно 37,8%. И это в основном были как раз вложения в украинскую финансовую систему, в том числе за счет той самой пресловутой «докапитализации».

По сути, выдавливая эти деньги так или иначе обратно в материнские структуры (при такой структуре санкций – это несложно), они не могут «отжать обратно банки». В сложившихся условиях — отожмут только «оболочки» с офисами и неликвидами и прочими «проблемными активами», не более того.

Может, они хотят поделить остатки украинских финансовых рынков?

А, простите, там еще есть, что «делить»?