Сегодня мы много говорим о чувствах и уязвимости. В книжных магазинах полки с книгами о тревоге и травме, в подкастах откровенные разговоры о психотерапии, а знаменитости непринуждённо делятся опытом работы с психологом. Кажется, мы живём в эпоху, когда уязвимость не просто допустима она почти возведена в добродетель. И это, безусловно, шаг вперёд: ещё поколение назад о личном исцелении предпочитали молчать.Но парадокс в том, что, несмотря на растущую открытость общества, просить о помощи по‑прежнему невероятно трудно. Сказать мне тяжело уже акт честности. А вот произнести можете мне помочь? значит выйти за пределы зоны комфорта. Это влечёт за собой риски: можно столкнуться с отказом, ощутить себя обузой или невольно сменить статус из компетентного человека превратиться в нуждающегося .В культуре, где автономия ценится как моральный идеал, такая перемена воспринимается болезненно. Мы опасаемся не жестокости окружающих, а их усталости, занятости, невозможности взять на себя ещё одну ...
