Исходя из базового принципа свободных ассоциаций, аналитик знакомит анализанта с новым способом говорить о себе, ожидая, что тот окажется искренним и открытым, будет с любопытством подходить к собственным переживаниям и к тому, куда его самого может завести его речь и грёзы наяву. Это становится своеобразной совместной медитацией, где из переживаний, телесных ощущений и метафор сплетается новое творческое переосмысление истории анализанта в прошлом или здесь-и-сейчас. Так диссоциированные части внутреннего мира могут обретать голос. Но одновременно с этим необходимость говорить всё, что приходит в голову, может стать для некоторых анализантов принуждением, садистическим указанием на то, что ничего не должно быть сокрыто. Такая форма негативного отцовского комплекса, подпитанная архетипическим образом инквизитора/дознавателя, может быть осознана и в определённом смысле сбалансирована другой внутренней фигурой. Фигурой того, кто позволяет хранить свои секреты и уважает их наличие. Ещё у Юнга ...
