Минус 30. Киркоров похудел со 116 до 86 килограммов

На гала-вечере X Национальной музыкальной премии «Виктория» в Москве Филипп Киркоров унёс домой заветную статуэтку «Певец года» за композицию «Чёрная пантера». В канун своего дня рождения, 30 апреля, артист рассказал об активной заботе о физиче­ской форме и об отношениях со своими детьми.

Бегом к идеалу

Анна Александрова, aif.ru: - Филипп, вы так много работаете. Нет желания сбавить обороты и уделить больше внимания себе?

Филипп Киркоров: — Моя жизнь — это постоянный творческий процесс — от съёмок в кино и участия в разных проектах до записи музыки, включая хиты «Чёрная пантера» и «Стирай». С возрастом эмоции от работы только усиливаются, словно приятные мурашки. Я верю в то, что искренняя работа сама приносит награды, как гласит мудрое изречение Булгакова из «Мастера и Маргариты».

- У вас идеальный торс. Как следите за собой?

— Спорт остаётся важной частью моей жизни. Я просыпаюсь в семь утра и занимаюсь кардио на беговой дорожке с семи до десяти. Иногда жалею, что не уделяю время силовым тренировкам. Хотя, чест­но говоря, ничего тяжелее микрофона я в руках никогда не держал.

Следую правильному питанию: много белка и железа, полностью исключил сладости. В результате мой вес снизился со 116 до 86 килограммов.

С верой в добро

- Сколько на вашем теле татуировок?

— Накануне важной награды я решил сделать на шее татуировку, символизирующую мир. Голубь — мой выбор. Люблю их с детства. У меня дома даже есть голубятня, в которой живут 97 птиц. Солнце на татуировке олицетворяет свет и надежду на будущее, а голубь — воплощение этого света. Паучок же словно прорывается сквозь сложные жизненные обстоятельства, вылезает из паутины проблем.

- Долго делали?

— Да часа четыре.

- Больно?

— Всё прекрасное приносит страдания, особенно когда дело касается уязвимых мест. Но ради идеи и мира можно пойти на многое. Я долго размышлял, стоит ли мне использовать шею, и в конце концов пришёл к выводу, что тот луч света, который сверкает на горизонте счастья, спокойствия и благополучия, имеет глубокий символизм. Поэтому пусть этот голубь всегда обитает в моём сердце и в сердцах тех, кто верит в добро и любовь.

- Голубь ещё не предел?

— Посмотрим. Но на лице ничего делать точно не буду.

Любовь на расстоянии

- Где сейчас живут ваши дети?

— В Дубае.

- Получается контролировать их?

— Зачем им отчитываться передо мной? Они звонят, делятся новостями и пишут сообщения. У них есть всего час в день для общения по телефону, но 5–10 минут на меня всегда найдутся.

- Вы как-то упоминали, что поддерживаете связь с учителями Аллы-Виктории и Мартина...

— Да, мне сообщают о неприятных ситуациях, если таковые случаются. Это подростки, переходный возраст... Особенно часто жалуются на Аллу-Викторию. Говорит, что не хочет учиться, а мечтает выйти замуж.

- У Мартина поведение лучше?

— Он активно занимается спортом и учится на отлично. Конечно, иногда у него бывают проблемы с поведением, но это нормально для его возраста.

- Кто присматривает за деть­ми? У вас есть няня?

— Нет, никого нет. Они находятся в бординге. Это пансионат, похожий на Суворовское училище. Учатся быть само­стоятельными. Теперь, когда приезжают на каникулы, сами заправляют постели, собирают чемоданы и загружают вещи в стиральную машину. Поели — помыли за собой посуду. Скоро каникулы, приедут домой.

С чего начинал король

- Деньги на карманные расходы большие даёте?

— У Аллы-Виктории и Мартина есть свои карточки. Они зарабатывали день­ги, когда были дома: помогали по хозяйству, убирали участок, чистили снег — и получали за это карманные средства, чтобы купить еду или что-то из одежды. Но вообще я их миллио­нами не заваливаю, они знают цену деньгам.

В своё время я тоже работал — разносил почту. У меня была стипендия 33 рубля, и я полностью тратил её на такси, так как терпеть не мог троллейбусы. Поездка от Садового кольца до Гнесинского училища стои­ла 50 копеек и столько же обратно. В итоге вся моя стипендия уходила на дорогу, а зар­плату почтальона я использовал на свои нужды.

- А метро?

— Для меня большое количество людей — это источник стресса. Даже сейчас находиться в толпе для меня настоящее испытание. Я вынужден сталкиваться с этим, так как моя работа связана с выступлениями. Но как только выхожу на сцену, напряжение постепенно уходит.