В начале двадцатого века советский режиссер Лев Кулешов провел эксперимент, который стал классикой киноискусства. Он взял крупный план актера Ивана Мозжухина с нейтральным, задумчивым выражением лица. Затем смонтировал этот план с тремя разными кадрами. С тарелкой супа. С гробом. С играющим ребенком.Зрители, смотревшие фильм, поражались актерской игре. В первом случае они видели на лице Мозжухина голод. Во втором печаль. В третьем умиление. Хотя кадр с актером был одним и тем же. Менялся только контекст, только то, что шло следом.Эффект Кулешова показал важную вещь. Человек не воспринимает изолированные факты. Он воспринимает связи. Смысл рождается не из самого объекта, а из его окружения, из последовательности, из монтажа. А в психотерапии?В психотерапии этот эффект проявляется на каждом шагу.Человек приходит с определенным чувством. С тревогой, с грустью, с раздражением. И он уже смонтировал это чувство с определенным контекстом. Я тревожусь, потому что начальник странно посмотрел. Мне ...
