Мир вещей Сергея Есенина
№60 (6364) от 15 августа 2025
За дверью с надписью «Мемория» открываются мне удивительные вещи. Вера Семёновна Титова выдвигает ящики в многочисленных комодах с надписями и показывает сохранившиеся в идеальном состоянии понёвы и рубахи, расшитые полотенца и сапожки на каблучках, украшения и головные уборы.
Вот шелковое, необыкновенно легкое и почти прозрачное платье, привезенное Сергеем Есениным из-за границы для сестры. В соседнем ящике – слепящей белизны с вышитыми вручную оборками постельное белье из дома Лидии Кашиной. В шкафу – тот самый «старомодный ветхий шушун» из «Письма матери».
Замираю, как только старший сотрудник научно-фондового отдела музея-заповедника С.А. Есенина открывает шкаф и берет в руки темный цилиндр. «… В нем удобней, грусть свою уменьшив, Золото овса давать кобыле…», – само собой всплывает в памяти. Вера Семёновна тянется за котелком поэта, и я отмечаю, с каким волнением, несмотря на долгие годы работы хранителем, прикасается она к каждому из своих «экспонатов».
Здесь хранится 30 тысяч предметов, связанных с именем поэта. Создается впечатление, что Вера Семёновна все их держала в своих руках, маркировала, описывала, систематизировала, готовила к выставкам и экспозициям, а затем снова бережно «прятала» в фондовые закрома.
А началось все в августе 1981-го. После окончания литфака и четырех лет преподавания в школе молодая девушка решила следовать за мечтой и отправилась в музей Есенина. Встретил ее директор Владимир Исаевич Астахов, который тогда ни о чем толком-то и не спросил молодую девушку: достаточно было рекомендации заведующей мемориальным отделом Зои Михайловны Дикун. Так Вера Титова стала младшим научным сотрудником мемориального отдела.
– Звучит, конечно, гордо – научный сотрудник, – смеётся Вера Семёновна, – но чего мы только не делали на своих должностях. Отведешь экскурсионную группу, ополоснешься в реке, переоденешься и идешь кусты сажать.
В те годы коллектив был еще небольшим, рук постоянно не хватало. А восстановление усадьбы шло свои чередом. К 90-летию поэта разрабатывался проект по воссозданию парка Лидии Кашиной и сохранению мемориальных деревьев на территории государственного заповедника, шли реставрационные работы в усадьбе родителей. В том числе стоял вопрос с восстановлением соломенных крыш избушки-времянки и риги. А так как специалистов в Рязани не нашлось, осваивать редкую профессию реставратора пришлось и Вере Семёновне. С нуля она училась у местных крестьян крыть крыши соломой, вникая в тонкости, казалось бы, нехитрого дела. Солома была нужна непременно ржаная и ни в коем случае не из-под комбайна, так что жали серпом. Перевязав снопы специально свитыми жгутами, укладывали их крест-накрест для лучшей просушки. А прежде чем уложить на крышу, ещё и обмолачивали цепами, чтобы зерна, на которое падки мыши, не осталось.
– И плетни из хвороста плела, – вспоминает моя собеседница, а я пытаюсь прикинуть, сколько же сейчас десятков или даже сотен метров этой экологичной изгороди красуется в музее-заповеднике.
Позже Вера Семёновна работала и в экспозиционном отделе. Но ближе всего для нее стала работа в фондах.
– Это мое. Хранить, находить, систематизировать, – замечает она, пока мы путешествуем по хранилищу.
В 2015-м в музее был начат масштабный проект по изданию многотомного иллюстрированного каталога фондовых коллекций, чему предшествовала многолетняя работа по оцифровке музейных экспонатов, наполнению электронных баз данных и внесению сведений о предметах в Госкаталог Музейного фонда РФ. В этих томах с исчерпывающей полнотой представлены главные собрания музея-заповедника, в чем, несомненно, есть заслуга и моей собеседницы. Она является одним из составителей этого издания.
– Работа наша очень скрупулезная и требует большого внимания и терпения, порядочности и ответственности. Люди в эту профессию приходят надолго, – заключает Вера Семёновна, а с портрета Якушевского смотрит на меня Татьяна Фёдоровна Есенина.
В отделе «Живопись» довольно холодно по сравнению с теми плюс тридцатью, что царят на улице: самое современное помещение в фонде оборудовано металлическими раздвижными стеллажами, а влажность воздуха регулируется специальными датчиками. И всё же я ловлю себя на том, насколько мне уютно и тепло. От удивительного взгляда с полотна, в котором соединились материнские любовь и печаль, предчувствие и надежда. От очередной встречи с увлеченным музейщиком. От ощущения, что трудами Веры Семёновны и всех, кто заботится о сохранении памяти о поэте, эта самая память будет жить. Благодаря хранителям музей будет полняться всё новыми экспонатами, и всё больше людей будут проникаться творчеством простого рязанского парня Серёжи и великого русского поэта Сергея Есенина.
Екатерина Детушева
Фото автора и из архива
В.С. Титовой