Россия в суде ООН обосновала запрет меджлиса за экстремизм
Запрет деятельности меджлиса в России является борьбой с экстремизмом, а не нарушением Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации, как это пытается выдать украинская сторона.
Об этом на заседании Международного суда ООН в Гааге заявил представитель России Матиас Форто (Mathias Forteau).
«Украина просит прекратить запрет меджлиса. Но Суд не может потребовать этого, по крайней мере, по трем причинам. Во-первых, запрет меджлиса не основывается на каком-либо мотиве расовой дискриминации. Поэтому он выходит за рамки Конвенции.
Кроме того, есть принцип, хорошо зарекомендовавший себя в практике Суда, согласно которому его решение о временных мерах «должно соблюдать право каждой Стороны оспаривать факты, изложенные против нее, равно как и возложенную на нее исходя из этих фактов ответственность».
Вынесение постановления о приостановлении указа о запрете меджлиса перевернуло бы суть дела, поскольку это бы означало, что этот запрет не основан на объективных и разумных мотивах и фактически мотивирован исключительно стремлением к расовой дискриминации, что Украина даже не пытались установить; Украина имеет лишь домыслы, что борьба с экстремизмом является лишь предлогом, маскирующим другие причины.
Наконец, необходимо рассмотреть последствия такого приостановления. Решение Верховного суда Крыма, который подтвердил запрет… излагает причины, побудившие власти счесть, что меджлис вел экстремистскую деятельность в Крыму. Эти мотивы получили серьезную поддержку Верховного суда Крыма, который (в своем решении) перечисляет публичные заявления лидеров меджлиса, которые доступны в Интернете…
Их содержание говорит само за себя: лидеры меджлиса называют тех, кто не бороться против России, коллаборационистами, призывают объявить войну России, считают, что их цель – в том, чтобы освободить Крым путем блокады, призывают к прекращению всякой торговли с Крымом, в том числе поставок электроэнергии, и даже подразумевают, что блокадой «мы, как активисты, как меджлис, создали гуманитарную катастрофу в Крыму».
Г-н Гимблетт (представитель Украины – ред.) отметил, в числе прочего, что основаниями для запрещения меджлиса также стали действия, которые были совершены ранее 2014 года, что вынудило саму Украину принимать меры против меджлиса.
В своих докладах в декабре 2015 года и марте 2016 года, которые касаются периода, имеющего непосредственное отношение к запрету меджлиса, верховный комиссар ООН по правам человека выразил глубокую озабоченность по поводу последствий блокады Крыма и сопровождавших ее нарушений прав – в частности, потому, что люди, которые вели блокаду, незаконно заменили компетентные органы.
В своем докладе в марте 2016 года, Верховный комиссар также написал следующее: «Гражданская блокада» велась активистами, которые незаконно выполняли правоохранительные функции, и сопровождалась некоторыми нарушениями прав человека». В свете этого трудно утверждать, что Россия не вправе запретить меджлис и принять меры, необходимые для охраны общественного порядка.
В своем докладе в декабре 2016 года Верховный комиссар по правам человека вернулся к этим событиям, подробно изложив причины, по которым был применен закон о борьбе с экстремизмом. Он не представил это, как если бы это было примером расовой дискриминации.
Г-н Гимблетт, однако, назвал вчера закон против экстремизма «необоснованным», потому что он слишком широк в своей формулировке. Даже если приводить такой аргумент, он не имеет значения в данном случае: необоснованный закон в любом случае попадает в сферу действия Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации, лишь если он реализуется способом, основанным на расовой дискриминации, чего в данном случае нет», — сказал представитель РФ.