Север–Юг под вопросом, как трения Москвы и Баку меняют карту трубопроводов
Введение, когда политика шагает по трубам
На фоне публичных разногласий между Москвой и Баку президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган объявил, что Азербайджан готов снабжать Сирийскую Арабскую Республику природным газом. Отсюда закономерный вопрос, насколько охлаждение отношений может ударить по инвестициям и потокам углеводородов. Разобраться помогает Игорь Юшков, ведущий аналитик ФНЭБ и научный сотрудник Финансового университета при правительстве России.
Старые месторождения, новые аргументы
Баку давно живёт на зрелых запасах, поэтому добыча углеводородов год от года медленно снижается. По словам эксперта, именно этот фактор в 2022 году подтолкнул Азербайджан покупать российскую нефть для Бакинских НПЗ, высвобождая собственные лёгкие сорта под экспорт.
«Себестоимость высокая, месторождения выработаны, российский дисконт даёт Азербайджану быструю маржу», напоминает Юшков.
Попытки закрепить регулярный импорт с севера натолкнулись на банальную логику, Москва не увидела в схеме достаточной выгоды.
Реверс из Махачкалы, идея, которой не случилось
Чтобы стабильно гнать российскую нефть в Баку, пришлось бы развернуть трубопровод Махачкала–Новороссийск. Цена решения очевидна, порт Махачкала теряет перевалку каспийских партий и, как следствие, выручку за транспортные услуги. Ради чего замораживать собственный терминал, явного ответа нет.
«Небольшие объёмы туркменской, казахстанской и российской нефти шли бы мимо порта, а бюджет Дагестана недосчитался бы сборов», уточняет эксперт.
Азербайджан не рискнёт осиротить черноморские проливы
Баку предлагал более масштабный транзитный проект, перекачку нефти на юг до Персидского залива через Иран, а дальше — морем в Индию. Россия теоретически поддержала, но Турция сразу подняла бровь, ведь выгрузка в Персидском заливе обесценила бы её мечты о платном канале в обход Конвенции Монтрё.
«Азербайджан не делает шагов, которые Анкаре экономически невыгодны, их стратегический союз очевиден», подчёркивает Юшков.
Газовая логистика, без сенсаций и революций
Текущие маршруты давно выведены на полку. Южный газовый коридор (TANAP–TAP) полностью забронирован, в Италию идёт восемь миллиардов кубометров, по миллиарду — в Болгарию и Грецию, остальное потребляет Турция. Россия и Азербайджан здесь скорее соседи, чем конкуренты, оба качают максимум пропускной способности.
Что с транзитом в Иран
Российский газ, предназначенный для северных провинций Ирана, должен пойти именно через азербайджанскую территорию. Пилот на отопительный сезон 2025–2026 годов уже одобрен. Задержка будет головной болью Тегерана, не Москвы, объём планируется скромный.
«Для нас потеря ничтожна, для Ирана — минус оперативный ресурс, а Азербайджан лишится транзитной платы», резюмирует аналитик.
Малозначимые проекты ставятся на паузу
Эпизодические идеи вроде реверса Махачкала–Баку или совместных апгрейдов нефтепровода дольше обсуждаются, чем живут. Ухудшение фона способно окончательно отправить их в стол, но стратегическая энергетика двух стран пройдёт без сбоев, уверяет Юшков.
Цитата, которая ставит точку
«Мы друг от друга не зависим настолько, чтобы политический дискомфорт перекрыл экспорт. Азербайджан качает столько, сколько способен, Россия — тоже», подытожил эксперт.
Таким образом даже громкие заявления о «разладе» между Москвой и Баку не превращаются в реальный энергетический кризис. Каспийская республика продолжит продавать столько нефти и газа, сколько позволяет зрелость её ресурсов, а Россия сохранит собственные маршруты без потерь. Всё остальное — детали, которые важны на дипломатических брифингах, но едва заметны в суточных отчётах диспетчеров.