Большинство альпинистов страдают аддикцией и манией к покорению гор — и это проблема
В МЧС Киргизии пришли к выводу, что дальнейшая спасательная операция бессмысленна, и прекратили попытки спасти российскую альпинистку, скончавшуюся после 11 дней на высоте 7,2 тысячи метров у пика Победы со сломанной ногой. Сыну погибшей предстоит выплатить десятки тысяч долларов за работу спасателей. Теперь эта история стала достоянием всего мира.
Вот мои размышления на этот счёт:
Это не просто увлечение — это аддикция или мания, изощрённая форма мании величия, удовлетворяемая через покорение вершин. У каждой маниакальной личности свои «горы». У учёных — Нобелевская премия, но это долгое восхождение. А многим хочется быстрого триумфа, быстрой славы.
Женщина, которую пытались спасти, но не смогли, и из-за которой уже погиб итальянский альпинист, теперь вышла в тираж и стала известна всему миру. Но тираж — это опасное подкрепление мании. Оно усиливает чувство значимости, несмотря на трагедию.
Недавно в тех же горах погиб её муж — инсульт на высоте. Но даже смерть близкого не остановила её. Её мания стала сильнее страха, сильнее разума. Если бы её спасли, она, скорее всего, снова отправилась бы в горы — и снова были бы жертвы.
Мания блокирует совесть и ответственность. Как и у наркомана, стремящегося к дозе любой ценой, у альпиниста с манией нет места для осознания ущерба, который он приносит другим — спасателям, родным, товарищам.
Мании, несмотря на их разнообразие, едины по структуре: это зависимость от ценности, без которой человек впадает в депрессию и тревогу. И ради снятия этого внутреннего напряжения он готов на всё.
Задумайтесь: стал бы великий путешественник Конюхов совершать свои восхождения, если бы о них никто не узнал? Вряд ли. В эпоху постмодернизма покорение ценится не за сам процесс, а за его медийный отклик. Важно не то, что произошло, а то, что «вышло в тираж».
Женщина-альпинист добилась этой славы. Но ценой своей жизни.
Конечно, не все альпинисты — маниаки, также как не все, кто пьёт, — алкоголики. Есть профессионалы, подготовленные, осознанные. Но большинство, кто рвется на вершины, движимы не столько любовью к природе, сколько внутренней зависимостью от адреналина, риска и признания.
Особый вид мании — влечение к пограничным состояниям, к экстремуму между жизнью и смертью. Это эйфория от баланса на грани, игра со смертью. Азарт в ней порой сильнее, чем у игроков в казино, ставящих миллионы.
И всё-таки: большинство альпинистов страдают аддикцией и манией к покорению гор. Это не подвиг — это болезнь, замаскированная под героизм.