Пора вернуть русские машины: санкции — отличный повод стать технологической сверхдержавой
Он назывался «Руссо-Балт», поскольку производился в Риге. Это была изящная двухместная машина серого цвета с 24-сильным 4-цилиндровым двигателем. «Руссо-Балты» собирались из узлов и деталей иностранного и российского производства. Разрабатывала и изготавливала их бельгийско-русская команда под началом молодого конструктора Жюльена Поттера. Машины пользовались устойчивым спросом.
Даже в царском гараже появились два таких авто. Но в 1915 году производство закрылось — из-за Первой мировой. Прошло больше века, но, увы, мало что изменилось.
Мы по-прежнему делаем «совместные» машины — часто под руководством «их» конструкторов и дизайнеров. И тоже закрываем или ограничиваем производство в случае начала боевых действий. Обострилась геополитическая обстановка, и — хлоп! — заводы встают. В лучшем случае — собирают китайское из уже готовых крупных узлов.
Почему? Главная причина — короткий горизонт планирования. Нам ничто не мешало и не мешает создать производство автомобилей со 100-процентной, как сейчас говорят, локализацией. Ну чтобы все свое: идеи, запчасти, производственные линии. Но все как-то руки не доходят. До ВПК доходят, да еще как — мы выпускаем лучшее по соотношению «цена — качество» оружие в мире.
В свое время руки доходили и до гражданской авиации — на наших Ту, АНах, ИЛах, ЯКах летало буквально полмира. А вот легковые автомобили для граждан мы оставляли на «аутсорсинг». С одной стороны, это хорошо — быстрее и проще покупать лучшие мировые образцы, чем долго изобретать что-то свое. С другой стороны — плохо: лучшие образцы нам то продают, то нет. Между тем, согласно данным «Автостат Инфо», частный автопарк России сейчас насчитывает 43,467 млн автомобилей. Доля иномарок — 66 процентов.
В Москве она составляет 85 процентов, в Дальневосточном федеральном округе — 90, в Калининградской области — 94 процента. Что получается? Мы, Россия «автомобильная», зависим от импорта. И при этом кормим зарубежных автопроизводителей, хотя могли бы содержать своих — как это делают американцы, немцы, японцы, французы, итальянцы, корейцы, китайцы. Свое автомобильное производство — не просто миллионы рабочих мест и пополнение бюджета, это еще и будущее страны. Это лучшие инженерные кадры, современные технологические решения, возможность зарабатывать на экспорте. Это тот самый «технологический суверенитет», который мы сейчас пытаемся вернуть в области авиастроения. Санкции — отличный повод наконец-то стать технологической сверхдержавой. У Китая получилось. Теперь наша очередь.